— Ох, МакКайла! Это было пыткой: знать, что тебя растят другие, что я никогда не смогу увидеть вас с Алиной, не подвергая опасности! Но теперь ты здесь, и ты собираешься сделать то, что приведет к жутким последствиям. Пришло время прекратить лгать. Ты должна узнать правду.
Я сунула кулаки в карманы и отвернулась.
— Не поворачивайся ко мне спиной! — крикнула Исла. — Я твоя мать!
— Мою мать зовут Рейни Лейн.
— Это грубо и несправедливо, — сказал Питер. — Ты не дала ей ни единого шанса.
— Тебе какое дело?
— Я ее муж, МакКайла. И твой отец.
У меня были братья: девятнадцатилетний Питер–младший и шестнадцатилетний Майкл, которого все звали Мик. Мне показали фото. Мы были похожи. Даже Бэрронс признал это.
— Мы инсценировали смерть твоей матери, сожгли неопознанный труп и выслали вас из страны. В Штатах мы постарались найти вам приемных родителей подальше от опасности. — Питер взял Ислу за руку. — Твоя мать с трудом пережила это. Она несколько месяцев не говорила.
— Питер, но я знала, что выбора не было. Просто это было…
— Адом. Адски больно было их отдавать.
Я вздрогнула. Они говорили именно то, что я хотела услышать. И это разбивало мне сердце. У меня были родители. Братья. У меня была семья. Жаль, что Алина не дожила до этого дня. Иначе все было бы идеально.
— Вы хотели сказать что–то важное. Так говорите и выметайтесь, — приказал Бэрронс.
Я смотрела на него, и мое сердце рвалось на части. Я хотела, чтобы он заткнулся и я могла слушать дальше, и в то же время хотела прогнать его навсегда. Я с трудом справлялась с реальностью. А теперь он требует, чтобы я все бросила и начала сначала. Сколько раз мне нужно было поверить в то, кто я, чтобы понять, что я снова ошиблась? Раздвоенности больше не было, осталась шизофрения.
— Если я ваша дочь, почему во мне живут воспоминания Темного Короля?
Исла ахнула.
— Это правда?
Я кивнула.
— Я говорил, что она может это сделать, — напомнил Питер.
— Кто? Что сделать?
— Королева Видимых приходила к нам после побега Книги, до того как мы покинули Дублин. Сказала, что сделает все, что в ее силах, чтобы помочь нам.
— Она очень интересовалась тобой, — мрачно сказала Исла. — Ты была совсем крошкой. Кажется, что это было вчера. На тебе было розовое платьице с цветочками и разноцветная резинка в волосах. Ты все на нее смотрела. Ворковала и тянула к ней ручки. Вы явно друг другу понравились.
— Мы боялись, что Королева что–то с тобой сделает. Она умела заглядывать в будущее и менять мельчайшие детали настоящего, чтобы достичь своих целей, — сказал Питер. — Несколько раз я был почти уверен, что кто–то баюкал тебя, когда меня не было.
— И ты считаешь, что это она поместила в меня память Короля? Как она могла это сделать? Она же пила из котла.
— Кто знает? — Исла пожала плечами. — Возможно, это фальшивая память, искусная подделка. Или же Королева не пила из котла. Некоторые считают, что она притворяется.
— Какая разница? Вы здесь зачем? — Бэрронс терял терпение.
Исла посмотрела на него, как на безумца.
— Ты заботился о МакКайле, и наша благодарность безмерна. Но теперь мы заберем ее домой.
— Она дома. И ей нужно спасти мир.
— Мы об этом позаботимся, — сказал Питер.
— До сих пор вам ни хрена не удавалось.
— Тебе тоже. Большую часть сил мы бросили на поиски истинного амулета.
Я прищурилась.
— Почему?
— Группа Тритона искала его веками, по разным причинам. Но недавно выяснилось, что только с его помощью можно снова пленить Книгу, — объяснил Питер. — Представитель нашей компании слишком поздно узнал об аукционе. Мы не успели к Уэлшману, Джонстон устроил там бойню. И растворился в воздухе.
— В камне, — пробормотала я.
Никогда не забуду о Буррене.
— Несколько месяцев мы не знали, где амулет. Подозревали, что его заполучил Дэррок, но не могли к нему подобраться, он не терпел людей. Затем поступило сообщение о том, что МакКайла стала его правой рукой. — Питер с гордостью посмотрел на меня. — Умница, милая! Ты такая же умная и сильная, как твоя мать.
— Ты сказал «истинный»…
— Согласно легенде, Король создал несколько амулетов. Все они способны на разную степень иллюзии. Вместе они непобедимы. Но лишь последний амулет Король творил один. Книга стала слишком сильной, чтобы остановить ее иным способом. Только иллюзия нам поможет.
— Мы были правы! — воскликнула я, глядя на Бэрронса.
— Пророчество говорит ясно: тот, кто был одержим, запечатает ее амулетом.
— У нас все готово, — сказал Бэрронс.
— Это не твоя битва, — обратился ко мне Питер. — Мы ее начали. Мы и закончим.
Я села на диван, положив локти на колени.
— Что ты хочешь сказать?
— Это должна сделать твоя мать. Ты очень похожа на нее, милая, ты считаешь это своим делом. Об этом мы и волновались, когда спешили сюда. Это Исла «одержимая». Двадцать три года назад Книга вырвалась и завладела ею. Исла знает ее. Она была ею. Она понимает ее. И только она может остановить «Синсар Дабх».
— Книга никого не оставляет в живых, — сказал Бэрронс.
— Фиону оставила, — напомнила я.
— Она ела Невидимых, это другое.
