– А мне про вас! – Я немного освоилась и стараюсь «не ударить лицом в грязь».
– Ну что, будем обедать? – бодро говорит он. – Мы с Машей привезли всё к столу.
– Ну зачем же, – развожу руками, – я бы сама приготовила.
Не лучший ответ.
Он дёргает щекой от неожиданности и хлопает ладонью по карману. В кармане лежит шприц, я помню.
«Успокойся, успокойся». – Глубокий вдох.
Главное сейчас – не наделать глупостей. Он взвинчен и начеку. Не сегодня. Я пытаюсь себя уговорить.
Кажется, Маша почувствовала витающее в воздухе напряжение, переглянулась с Владимиром и со мной:
– Давайте я помогу?
Я смотрю на него, ожидая негласного разрешения.
– Конечно, – тут же бодро отзывается он.
Несмотря на недавнюю репетицию, я оглядываюсь по сторонам с любопытством случайного прохожего.
Маша достаёт из сумки овощи:
– Салат?
– Да, хорошо. – Я открываю первый попавшийся ящик в надежде обнаружить там нож, а нахожу ложки с вилками.
– Мамочка? – Он вопросительно поднимает бровь. – Давай-ка и я тебе помогу.
Открывает соседний ящик и выдает мне нож. Маша, стоящая рядом, моет огурцы с помидорами и складывает их на чистую тарелку.
Нож. Широкий, большой. Острый. Дыхание сбивается. Прохладной рукояткой он удобно ложится в ладонь.
– А где у вас салатницы? – поворачивается ко мне Маша.
– Гм…
– Вот тут. – Он подскакивает и достаёт фарфоровую миску из верхнего ящика.
– Пока вы режете овощи, я помою зелень? – Она явно пытается подружиться.
Я замираю над огурцом, сжимая рукоять ножа. Если выбрать момент, если выбрать правильный момент, то одно резкое движение может изменить мою жизнь.
Он стоит возле небольшой барной стойки напротив и наблюдает за мной. Внимательно, змеино, неотвратимо.
Господи, дай мне сил.
Я шинкую огурцы с помидорами, болгарский перец – это забытое удовольствие делать что-то самой. Маша режет зелень – получается роскошный салат.
– Ну, пойдёмте на веранду, – Владимир достаёт из сумки хлеб, замаринованное мясо, нарезанный сыр, – пока вы будете сидеть и шептаться, я приготовлю шашлык.
Он отдаёт пакеты девушке, сам достаёт пару бокалов, бутылку вина. И мы группой двигаемся к маленькому дворику, тому самому – со столиком и верандой, несем миску с салатом, сыр, оливки в баночке, наструганную в магазине колбасу. Он идёт чуть-чуть позади меня. Он всегда оказывается позади.
Когда мы проходим прихожую, я отмечаю, что литой диск с моей цепью накрыт толстым ковром.
