Яна нашла Фрица в лаборатории. Последние дни он почти все время проводил там.
– Фриц, оно живое, – сказала Яна.
Фриц довольно долго пытался понять, чего от него хотят. Потом не верил. Яна даже обиделась – в конце концов, кто здесь биолог! Уж отличить живое от неживого она в состоянии!
Хотя это мало помогло, потому что они оба так и не поняли, что это и как оно работает.
Фриц предложил называть «это» «грибницей». Вся порода на планете пронизана этими «грибами», они везде. За счет чего живут, чем питаются и что выделяют – непонятно.
Яна с Фрицем так засиделись, что очнулись, только когда у Яны сработал будильник. Напоминалка, что нужно полить растения.
– Мы дневной сон пропустили, – сказала Яна.
А Фриц только махнул рукой.
Яна подумала, что на месте Мари она бы уже сто раз пришла и насильно уложила Фрица спать. Ведь он капитан и должен отдыхать. Но Мари, похоже, даже не заметила отсутствия мужа.
Яна села за спиной у Фрица и прислонилась к стене. Она на секунду закрыла глаза, чтобы капельку отдохнуть, и очнулась, только когда Фриц потряс ее за плечо.
– Пошли! – Без всякого предисловия Фриц схватил Яну за руку.
Пока Яна хлопала глазами, пытаясь понять, где она, Фриц затащил ее в их пещеру.
– Смотри! – скомандовал он и сунул Яне под нос прибор, на котором что-то запищало.
Яна попыталась кивнуть с умным видом, но у нее внезапно сильно заболела голова.
Фриц же ткнул пальцем в осциллограф, который стоял на полу в пещере.
– Пока ты спала, я изучал их электропроводность! И наткнулся на… Ты не поверишь! Я начал с малых токов… Смотри. Что видишь?
Трансформатор тихонько гудел. На мониторе застыло увеличенное изображение с микроскопа – узор, образованный «грибницей», напоминал перекособоченную бабочку.
– Ничего я не вижу, – призналась Яна.
– Вот именно! – Фриц тихонько рассмеялся. – Причем сила тока может быть любая! Ничего! Но если…
Он пробежался по клавиатуре. В верхней части монитора возникла синусоида.
– …если ток переменный, то…
Он сделал значительную паузу и ткнул Enter. Тон трансформатора чуть изменился. Яна всмотрелась в монитор…
У «бабочки» задрожали «крылья»!
– Ничего себе! – ахнула Яна.
Фриц сиял, будто только что получил Нобелевку. Впрочем, в каком-то смысле так и было.
– Эта штука чувствительна к частоте! – продолжил Фриц. – Примерно на семи герцах максимум.
Он сдвинул ползунок на блоке питания. «Бабочка» затрепетала «крыльями» так отчаянно, что у Яны еще больше разболелась голова.
– Если частоту увеличивать, – Фриц двигал ползунок и продолжал говорить, – то сначала происходит затухание амплитуды, но на одиннадцати герцах картина меняется.
И действительно, «бабочка» перестала трепыхаться, теперь казалось, что она присела на цветок и слегка помахивает «крыльями».
«Нектар пьет», – подумала Яна и приложила руку к голове. В висках стучало.
– Там есть еще несколько локальных максимумов, – Фриц все не унимался. – На тридцати герцах и на сорока пяти…
Первый раз Яне мучительно захотелось выйти из пещеры на воздух. На условный воздух.
– Фриц! – встряла Яна. – А почему ты все это делал здесь? Почему не взять кусочек и изучать его в лаборатории?
– Вот! – воскликнул Фриц. – Вот в этом основная проблема! Как только ты отламываешь кусок от стены – все. Ничего не происходит. Вообще.
Фриц выключил трансформатор и посмотрел на Яну.
– Тебе надо поспать, – сказал он, – ты ужасно выглядишь.
– Ты тоже! – отозвалась Яна.
Они улыбнулись друг другу, и Яна почувствовала, как железный обруч, который сжимал ее голову, постепенно исчезает.
