На следующий день Фриц запретил все экспедиции дальше того места, куда дотягивается кабель.
Запретил так, что даже Мари не решилась возражать. Она просто ушла и заперлась у себя в комнате.
А Фриц заперся в своей лаборатории.
Вся команда ходила как в воду опущенная, потому что непонятно, что делать дальше. До отлета корабля еще долго, несколько месяцев, но к этому моменту все должны понимать, что смогут предложить землянам. Сюда прилетит человек триста, им всем нужно будет где-то жить и чем-то дышать. И если Фриц отправит корабль, это значит, они прилетят, это значит, им гарантируют жизнь.
А для этого нам нужно что-то планировать. Но как можно планировать, если не отходить от лагеря?
Кто-то робко предложил вернуться к первоначальному плану и строить город на поверхности. Группа добровольцев даже ушла туда. Через три часа вернулись изможденные и рухнули спать, хотя ничего там не делали, просто ходили и рассматривали места, где можно поставить палатки. Варя тут же вспомнила первые дни и зарубила идею о стройке снаружи.
Олаф восстанавливался в очень хорошем темпе. Все, кто не был занят на дежурстве, собирались у него в палате. Яна как-то принесла Олафу желтый одуванчик.(С экспедицией она привезла разные семена и не только исключительно полезные.) Яна сказала, что одуванчиком хотела порадовать Мари, но решила, что Олафу он нужнее.
Кто бы мог подумать, что простой одуванчик так сильно напомнит о доме?! Все набились к Олафу, смотрели на цветок и наслаждались. Смеялись над желтым носом Олафа и радовались тому, что он в безопасности.
– А вы замечали, что линии на камнях растут? – спросил Олаф.
Кивнула только Яна. Видимо, у остальных не было времени следить за камнями. Инженерам и строителям было не до этого.
– А они расползаются, – сказал Олаф. – Я несколько дней лежал и смотрел в потолок. И искал на нем изображения. Просто так, от нечего делать. А потом смотрю – а картинки каждый день разные.
– У меня яблоня растет, – призналась Яна.
– А у меня был футбольный мяч. Потом даже ворота нарисовались. А вчера я даже судью на поле нашел, представляешь?
– Дозу обезболивающего надо уменьшить, – озабоченно сказала врач.
Все заулыбались, и только Яна понимала, что дело не в таблетках. В этих странных рисунках каждый видит свое. Наверное, их можно использовать как тесты Роршаха.
