Противостояние Света и Тьмы на перекрестках пространства и времени продолжается. Дозоры несут свою вахту на широких петербургских проспектах в царской России и в тюремной зоне советских времен, в монгольских степях в годы юности Чингисхана и на узких улочках Вены наших дней…Мы всегда и везде под присмотром Дозоров!
— Начинаем занятие. Тема — преступления против нравственности.
Игорь хмуро оглядел группу. Четверо парней и три девчонки раннестуденческого возраста. Если повезет, половина из них закончит обучение и сможет принести посильную пользу Дозору. С каждым годом курсанты в наборе все хуже, или это только кажется? Становлюсь брюзгой, подумал он. Со своей проседью я вообще должен казаться им глубоким стариком, даром что выгляжу от силы на тридцать…
— Представляю сегодняшнего ассистента, — продолжил Игорь, — Виктор. Темный маг, второй уровень.
— Добрый день, — негромко поздоровался Виктор.
— Здравствуйте, — глухо и нестройно ответила группа. Виктор осклабился и почесал за ухом.
— Коллега любезно согласился прийти к нам, чтобы продемонстрировать действие заклинаний, многие из которых Светлым недоступны. Необходимо это уважать и ценить.
Тепла в глазах курсантов не прибавилось. Молодцы, подумал Игорь. Глупые, конечно, порывистые, но искренние. Сам когда-то таким был. Давно.
— Итак, — продолжил он, сцепив руки в замок, — преступлений против людей со стороны Иных — множество. Убийства, отъем крови, вмешательства в сознание самого разного рода. Сегодня мы поговорим о тех вмешательствах, жертвами которых обычно становятся симпатичные девушки. Степанцов, и симпатичные юноши иногда тоже, так что предлагаю не отвлекаться…
Степанцов хохотнул, но его не поддержали.
— Виктор, прошу.
Темный наклонился вперед и внимательно осмотрел группу.
— Мне нужен доброволец, — мягко произнес он, — вот вы, — и его палец с холеным ногтем указал на Машу.
Маша встала и вопросительно посмотрела на преподавателя. Игорь коротко кивнул.
Темный широким жестом указал на стул в паре метров от себя. Маша прошла, чеканя шаг, и села, плотно сжав колени. Ее высокая грудь от волнения вздымалась, белый брючный костюм не скрывал достоинств фигуры.
— У вас есть молодой человек, Мария? — вкрадчиво осведомился Темный.
— Да! — с вызовом ответила курсантка.
— Вы его очень любите?
— Глупый вопрос. Конечно.
— А если я, например, попробую вас поцеловать?
— То я с превеликим удовольствием дам вам пощечину.
С галерки одобрительно загудели. Виктор ухмыльнулся и облизнул губы кончиком раздвоенного языка. Игорь заметил, как пару курсантов с непривычки передернуло, а Маша немного побледнела, и ободряюще улыбнулся ей.
— Прекрасно, — громко сказал Виктор, — то, что нужно. Начнем с простого. Если бы с нашей Машей имел дело злоумышленник пятого уровня, он не стал бы далеко ходить, тут все очевидно, старый добрый «Морфей». Вуаля!
Виктор повел рукой, и Маша обмякла на стуле. Ее глаза закрылись, дыхание стало ровным и глубоким.
— Сон очень крепок, — продолжал Виктор, — можно делать с объектом что угодно. Мазать зубной пастой, раздевать, одевать, даже отпиливать пальцы.
Игорь физически ощущал ненависть, исходившую от группы в направлении ассистента. Виктор щелкнул пальцами, и начавшая уже сползать со стула Маша вскинулась, ухватилась за спинку, растерянно оглянулась вокруг.
— Четвертый уровень использует «привязь», — ласково сказал Темный и добавил, повысив голос: — Подойди!
Маша встала и медленно пошла к нему. Глаза ее были полузакрыты, движения вялы и замедленны.
— Правильно наложенная «привязь», — продолжал Виктор, с видимым удовольствием глядя на Машу снизу вверх, — подавляет волю жертвы. Жертва остается в сознании и полностью воспринимает происходящее, однако находится в состоянии апатии и выполняет все приказы наложившего заклятье. Попрыгай на одной ножке.
Маша начала медленно прыгать. Каблук туфли щелкал о паркет.
— Достаточно, — обронил Виктор.
Курсантка с силой втянула в себя воздух и непроизвольно сделала два шага назад.
— На третьем уровне… — протянул Виктор, — на третьем уровне я обожал «африканскую страсть». На жаргоне это заклинание обычно именуют «бешеной кошкой». Объект испытывает просто непреодолимое желание к совокуплению. Подчеркиваю — непреодолимое, безусловный позыв. Ап!
Маша взмахнула перед собой ладонью и отразила заклинание. Степанцов зааплодировал.
— Похвально, — улыбнулся Виктор, — учебный практикум не предполагает блоков, но так даже интереснее. Повторим.
Попытка парировать была и в этот раз, но Виктор оказался раза в два быстрее и во много раз сильнее.
Глаза Маши стали дикими. Желание переполняло ее, низ живота нестерпимо ломило. Она оглянулась вокруг, ближайшим к ней мужчиной являлся Игорь. С утробным стоном она бросилась расстегивать на нем рубашку, он едва успевал отводить ее руки. Через пару секунд Игорь вынужден был снять заклятие, когда Маша стала до крови царапать его пальцы, которыми он пытался ее отстранить.
— Ой… простите… — Девушка попятилась от него.
— Игорь Валерьевич, может, достаточно? — спросил тихий Кузовлев.
— Я почти закончил. Но все показанное до сих пор — довольно пошло и для дилетантов, — весело продолжал Виктор, — так как подавляет, в той или иной степени, сознание объекта. Что может быть прекраснее истинной, чистой любви при ясном уме? «Ветка сакуры». Для настоящих эстетов, да.
