Страшный грохот заставил меня подскочить на диване. За окном творилось что-то ужасное: ливень мощными потоками окатывал здание, а молнии сверкали тут и там.
Протерев глаза, полностью проснулась и огляделась.
Никого рядом не было.
Подумала, что они на одном из этажей, и решила побродить, а заодно поискать офисный туалет. Взяла чистую футболку с рюкзака, фонарик и бутылку с остатками воды, нашла глазами нужную вывеску и зашла в женскую комнату.
Справив нужду, подошла к умывальнику и плеснула себе на руку воды из бутылки. Пару раз намочив лицо, вытерла его чистой футболкой и направилась на поиски друзей.
Друзей?
Я даже остановилась перед дверью, ведущей к лестнице.
А кто они мне, если не друзья?
Ингрид стала мне очень близка, а Элкай всегда готов помочь. Про Мэлвина и говорить не приходится, а что касается Хантера…
Он для меня находится в пограничном состоянии.
Глупо его винить за то, чего предугадать не смог. В конце концов, Томас ведь знал, на что шел. Просто… Просто все об этом молчали, когда мне так нужны были ответы. Это угнетало.
Сейчас многое прояснилось, и я теперь даже рада, что оказалась среди этих людей.
С этими мыслями я поднялась на следующий этаж, где царила абсолютная тишина. Фонарик выхватывал отдельные участки, но можно было многое разглядеть. Все-таки я решила заглянуть в каждый кабинет, который тут располагался. Чем дальше углублялась, тем более просторные и обставленные были помещения. Видимо, чем дальше от выхода, тем выше статус. Где-то висели грамоты и дипломы, а где-то выцветшие фотографии, где один лысеющий мужик пожимал руку другому.
В отличие от других, дверь в последний кабинет была распахнута. Я прибавила шаг, но, когда вошла, оторопела и не сразу остановилась, отведя фонарик в сторону. Споткнулась обо что-то и упала на странную горку из…
Тел.
С широко распахнутыми от ужаса глазами поднялась и сделала пару шагов назад, не переставая светить. Лихорадочно осматривая гору из тел, пыталась понять, реальность это или нет…
В самом низу лежал Хантер – его лица я не видела, но узнала татуировку, которая выглядывала из-под задранного рукава. На нем лежал Элкай – его голову хорошо было видно. Следом Кортес, а наверху – Мэлвин.
Дышат они или нет – сложно понять в полумраке.
Вдруг у противоположной стены кто-то зашевелился и вышел мне навстречу. Я перевела луч фонаря в ту сторону и судорожно выдохнула.
Нет.
Я не верила своим глазам.
Этого просто не может быть.
Он бы никогда не покинул Зону Б!
– Вот я тебя и нашел, Джоанна, – довольно произнес Бакстер.
Что-то… Что-то с ним было не так, но я не могла понять, что именно. Вот когда он сделал еще пару шагов по направлению ко мне, разглядела, что у него шрам в пол лица. Когда он его получил? Выглядит так, будто это случилось несколько лет назад.
– Ты так внимательно меня рассматриваешь, что мне даже смутиться захотелось, – с насмешкой сказал он, оскаливаясь. – Ты, видно, думала, что я Гарри? Нет, – он помотал головой, все еще злорадно скалясь. – Позволь представиться: Уильям Бакстер, брат-близнец нашего обожаемого Гарри Бакстера.
У этого подонка есть еще и брат. Складывалось впечатление, что нынешний мир просто плюнул и, не заморачиваясь, клонировал монстров.
Но не это меня заботило.
– Что ты с ними сделал? – сквозь зубы прошипела я, понимая, что страх проходит, уступая почетное место злости.
– Они пока спят, и, если ты хочешь, чтобы так и оставалось, пойдешь со мной.
– Черта с два! – я выхватила нож, что висел на поясе, и стала наступать.
– А-а-а! – он пригрозил пальцем. – Если со мной что-то случится, эта горка живых тел сгорит. Ты разве не почувствовала запах, когда заходила сюда?
Признаться, я так была шокирована увиденным, что не сразу поняла…
Бензин.
Сукин сын!
– Джоанна, – его тон окрасился деловитыми нотками, – суть сего мероприятия проста. Мне приказано тебя доставить в Зону Б. И ты пойдешь, если тебе не плевать на них.
– А если плевать? – наигранно беспечным тоном заявила я.
– Тогда я их все равно сожгу, и мы уйдем, – обнажив зубы, восторженно ответил он.
Внутренняя борьба длилась недолго. Ведь мне и вправду выбирать не приходится. Кто я, чтобы торговать жизнями? Или ставить свою жизнь превыше их?
Если верить словам Уильяма, то он в здании не один. Я бы могла попытаться убить его сейчас. И наверняка бы убила.
Господи, я размышляю об убийстве так, будто это мое ежедневное занятие…
Как там говорилось? Отчаянные времена требуют отчаянных мер? Пусть не убить, но обезвредить я бы его смогла, но как быть с остальными? Я их не видела и без понятия, чем те вооружены.
Можно попробовать блефовать.
– Ладно, – я засунула нож обратно. – Я пойду с тобой.
Главное, выглядеть искренне и не выдавать волнения. А меня сейчас здорово так трясло. Во рту пересохло от волнения, а к горлу подкатила желчь.
Он подошел практически вплотную, не переставая жутко улыбаться. Происходящее явно доставляло ему удовольствие.
Вдруг Бакстер остановился и скорчил жалобную физиономию.
– Я в курсе твоих умений, дорогуша, – он посмотрел мне за спину и кивнул.
Что-то беззвучно укололо в шею.
– Сладких снов, – жутко прошептал Уильям, подхватывая меня.
***
Он довольно долго приходил в себя. Мэлвин и Элкай поочередно толкали его, пытаясь привести в чувство. Наконец, он застонал и открыл глаза.
– Какого хера это было? – возмущалась Кортес, отряхивая себя от видимой только ей пыли. – И где Бэйтс?
«Где Бэйтс?»
Этот вопрос не мгновенно, но достаточно быстро протрезвил сознание Хантера. Он нашел в себе силы приподняться, а потом и встать. Слегка пошатываясь, он огляделся.
Все были живы – это раз.
Их всех вырубили – это два.
Хантер перевел взгляд на окно.
Они пролежали в отключке больше шести часов – это три.
Ну и вода все еще не сошла – это четыре.
Пока Хантер анализировал ситуацию, Мэлвин успел уйти и вернуться. Выглядел встревоженным.
– Джо пропала.
Хантер это и так понял, иначе зачем было их оставлять в живых? Запах бензина еще с пробуждения неприятно щекотал ноздри.
– Ото всех воняет бензином? – спросил Элкай.
Кортес и Мэлвин принюхались и сморщили носы.
– Я думаю, ее вынудили, – выдвинул предположение главнокомандующий. – Она нужна похитителям живой, поэтому угрожать ее жизни смысла не было, а вот шантажировать нами – запросто.
– Сука Бакстер, – гневно выдохнул Мэлвин. – Как они смогли провернуть это во время Прилива?
Хантер сейчас испытывал нечто похожее, что и младший брат. Его переиграли, и этот факт бесил до невозможности. Дело было не в задетом самолюбии или эго. Если Бакстер прознал, где они, значит у «Ястребов» образовался внушительный пробел в безопасности данных.
– Осмотрите все подходы к воде, – отдал приказ главнокомандующий. – Подмечайте все необычное. Сбор через час на двадцать третьем этаже.
Как у всех подобных зданий, здесь было два лифта и две лестницы. Одну пошли осматривать Мэлвин с Кортес, а вторую – Хантер и Элкай.
У самой воды Роджерс сел на корточки и провел по полу пальцами.
– Тут свежие царапины, – он перетер между пальцами, – и облупившаяся краска.
– Цвет?
– Зеленый.
Хантер догадался, как похитители перемещались.
– Водолазы, – мрачно констатировал он. – Как только вода сойдет, надо встретиться с отрядом Уиллера и запросить карту бункеров этой местности. Далеко они уйти не могли – на это потребуется слишком много кислорода.
– Но и в бункер попасть не смогут: там сразу всё затопит. В Индианаполисе нет подземных лабораторий или зданий, которые могли бы очищать помещения от воды, – предположил Элкай.
– Верно, – выдохнул Хантер, устало проводя ладонью по лицу. – Надо найти их как можно быстрее, иначе Бакстер не только заполучит желаемое, но и информацию о «Ястребах», – резонно заметил главнокомандующий. – А мое положение в Хэйвене еще должно послужить на пользу.
– Какие будут указания?
– Свяжемся с Уиллером. Надо обговорить варианты.
***
Холодно.
Дрожь в теле появилась гораздо раньше, чем я открыла глаза. Пошевелиться не получилось – руки и ноги привязаны к креслу, судя по бряканью при движении, металлическому. Но что еще более странно, с меня капает вода!
Если тут нет тепловых пушек или обогревателя, то тогда я замерзну прежде, чем меня доставят в Зону Б.
Вообще, тут мало что можно было разглядеть – около меня скудно освещал помещение масляный светильник.
– Наконец ты пришла в себя, – раздался голос Бакстера спереди. – А то я уже скучать начал.
– Зачем связал? – пытаясь унять дрожь, спокойно спросила я.
– Затем, – он вдруг вцепился в подлокотники кресла, и его лицо оказалось в неприятной близости от моего, – что я хочу знать все, что тебе успели рассказать те, с кем ты была.
– Ты разочаруешься, – разок голос дрогнул, но не из-за страха.
Его глаза заблестели безумством, а сам он широко улыбнулся.
– О, нет, Джоанна, не разочаруюсь, – уверенно ответил Уильям. – Сейчас вода почти сошла, а значит, тебя станут искать. И, возможно, найдут, если додумаются, конечно, сунуться в такое место, – мерзкое хихиканье заставило понервничать. – Но дело в том, что у нас есть защита. Беспрекословная и идеальная. А значит, мы с тобой славно проведем время!
Сдается мне, что понятие «славно проведем время» у нас разное.
Бакстер отошел к левой стороне и стал копошиться. Через несколько секунд вернулся ко мне, держа в руке… скальпель?
Стоило титанических усилий не задергаться на месте, как скотина на убое, подавляя желание кричать и звать на помощь.
– Я все думал, для чего ты сдалась моему непутевому брату? – он задумчиво покрутил скальпелем у виска. – Но теперь понял. Видишь ли, ему с женщинами никогда не везло. Скажем прямо: полный лузер. Только проститутки с ним ладили, пока дело не дошло до его странных пристрастий. Одна даже заявление в полицию написала. Скоро ее нашли. Изнасилованной и со спущенной шкурой. – Уильям мечтательно закатил глаза. Псих! – Он действительно содрал с нее кожу! В общем, со временем он признался мне, в один из визитов в лечебницу, что ему понравилось видеть, как ломаются девушки, сдаются и наконец, смиренно принимают свою участь. Были сильные, а были те, что хотели таковыми казаться. Храбрились, но по итогу все равно ломались.
Он замолчал, а я пыталась переварить услышанное. Знала же, что с Сукой Гарри не все в порядке, но чтобы настолько?!
Сейчас я остро осознала, что не просто вляпалась в дерьмо, а отчаянно тону в нем. И как выбираться из всего этого…
– Ломать тебя он будет с большим удовольствием, – самозабвенно продолжал этот псих. – Но, думается мне, ты его сама выпотрошишь первее, превратив в кровавое месиво! А я бы на это посмотрел. Правда. С большим удовольствием.
При этом он, расхаживая по помещению, будто уже воображал эту картину, от которой меня бы сейчас вырвало. Да нечем. Можно попробовать его уболтать и выиграть время для того, чтобы придумать план побега.
– Он же твой брат.
– Брат? – выплюнул он, подаваясь вперед. – Кровная связь не делает нас родней, Джоанна. Я бы и сам прикончил ублюдка, но власть мне ни к чему. А он на хорошем для меня месте – могу убивать сколько влезет и ничего не бояться.
– И чего же ты боишься? – вкрадчиво поинтересовалась я.
– Того, что сейчас произойдет с тобой, дорогуша, – предвкушающе произнес он, прежде чем вонзить скальпель в мою руку.
Пронзительный крик заполнил помещение.
– Вот так, милая, – зашептал он в ухо, все еще удерживая инструмент. – Кричи громче.
– Ты конченая тварь, Бакстер, – сквозь зубы прошипела я, превозмогая боль, – и я тебя убью.
– Не сегодня-я-я-я! – пропел он, резко вытаскивая скальпель.
Сука! Сука! Сука!
В глазах на мгновение потемнело, а зубы сжались с такой силой, что я думала, они сломаются.
– Ну так что? – Уильям вернулся к своему месту слева. – Расскажешь мне, куда вы всей веселой компанией собрались?
– Спроси у своего ублюдка-брата, – выплюнула я.
– В том-то и дело, Джоанна, – он сокрушительно покачал головой. – Малыш Гарри молчит. Я его не трогаю из-за привилегий, поэтому хочу узнать от тебя…
– Если хочешь сохранить привилегии, я должна быть живой, – резонно заметила я.
– Да, – снова что-то звякнуло. – Живой. Но про целостность речи не было.
Сначала казалось, что он ничего не держал в руках, пока я не присмотрелась.
Кастеты.
– Я тут подумал, что глупо было использовать режущий предмет, а то так можно было убить тебя ненароком, – он мерзко хихикнул. – А вот старые добрые кастеты всегда в тему! Предупреждаю сразу, будет больно!
Первый удар пришелся в живот. Сначала было просто больно, но потом пришло на смену адское жжение. В попытках согнуться моя голова практически касалась коленей, но этот псих схватил меня за волосы и задрал голову, после чего ударил уже в правый бок…
Затем в левый…
И снова в живот.
Сколько это продолжалось, я не знала. Минуты? Часы? Дни?
Знаю только то, что периодически впадала в бессознательное состояние. Иногда пахло медикаментами, кое-где чувствовалось, что ставили уколы. А раз пришла в себя, когда рядом стояла капельница.
Глаза я уже не открывала. Во рту скапливалась жидкость: от горькой желчи до соленой крови. Жгло уже все тело. Дышать становилось труднее: видимо, он задел легкие.
– Детка-а-а-а-а, я жду ответо-о-о-о-ов! – на манер фальшивого оперного певца протянул он.
– Иди… – я судорожно вдохнула и сплюнула, – в… зад…
– Ты же понимаешь, что я так могу играть до бесконечности, – злорадно проговорил он, надавливая на повязку, которую мне наложили на ребра.
Гневное кряхтение и яростный взгляд только позабавили Бакстера.
– Ну раз так…
Неожиданно удар пришелся не в тело, а по лицу. В глазах потемнело и заиграли звездочки. Челюсть вообще не шевелилась, или я боялась ею пошевелить…
Голова безвольно повисла. Так хотелось снова отключиться.
Вдруг произошло то, что придало мне сил держаться и не терять сознание.
Выстрелы. Редкие.
– Что у вас происходит? – спросил Бакстер в рацию.
В ответ была тишина.
Пока…
Дверь в помещение, которая оказалась напротив меня, резко распахнулась, и на Бакстера налетело существо похожее на человека.
Черт, это и был человек, только…
Рычание и неестественное поведение.
Мутант.
Из-за травмы сложно было разглядеть, но по поведению я поняла, что это был он.
Психопат выстрелил в него, чем затормозил мутанта, и выскользнул в открытую дверь. Монстр отправился за ним.
Поделом тебе, тварь.
Поблагодарив небеса и всех святых, что этот мутант меня не заметил, попыталась пошевелиться, но итог один – веревки крепкие, нужен нож. Света лампы хватало, чтобы я могла оглядеть себя со сторон, которые были доступны взору. И если верить ему, то на поясе все еще находится нож, который Мэлвин дал мне.
Дверь была распахнута настежь, поэтому я могла кое-как разглядеть коридор, в который она вела. Пока там никого не было, но в любой момент это могло измениться. Запястья жгло от постоянного ерзания, которые, как я надеялась, могли ослабить веревки.
В какой-то момент все стихло: ни выстрелов, ни рычания мутантов не было слышно. В конце коридора показалась внушительных размеров фигура, которая стремительно приближалась ко мне. Превозмогая боль, задергалась еще сильнее, стараясь приблизить хотя бы призрачную надежду на свободу. Без боя сдаваться не намерена.
– Эй, ты живая? – в проеме показался человек, похожий на солдата, и снял шлем.
– Д-да, – тихо ответила я.
– Сейчас тебя освобожу, – он повесил автомат на лямку и достал нож. Увидев мой внимательный взгляд, предупредил: – Только давай без фокусов. Ничего личного, у меня приказ доставить тебя живой. Ты понимаешь это?
Я согласно кивнула, но никаких обещаний давать не стала.
В коридоре замаячил еще человек.
– Этот с тобой? – прохрипела я.
Солдат одарил меня недоуменным взглядом и развернулся. В следующий момент я поняла, что этот человек, и не человек вовсе. Еще один мутант.
Солдат выстрелил в него один раз, потом второй. Из-за габаритов вояки я не могла разобрать, что там происходило: убил он мутанта или нет.
И в этот момент его за голову схватило нечто, рвануло в сторону, разбивая незащищенный череп о стену.
Переведя ошарашенный взгляд с мертвого солдата на причину его смерти, я перестала дышать.
– Нет… – прошептала я, чувствуя, как по щекам стекают горячие слезы.
Они застилали взор, но я продолжала упрямо смотреть перед собой.
– Нет. Нет. Нет. Нет…– продолжала повторять, силясь убедить себя, что это просто очередной кошмар, что я до сих пор в отключке, а когда очнусь, то псих Бакстер продолжит меня избивать.
Зеленые глаза превратились в ледяную синеву. Взгляд стал пустым.
– Господи, Мэлвин… Только не ты…
Физическая боль была ничем, по сравнению с тем, что я чувствовала сейчас. Мир снова рухнул.
Чувствовала, что задыхаюсь. Что горло саднило от боли немого крика.
Он пришел за мной. Отыскал. Но какой ценой?
Почему он должен был платить за это?
– Мэлвин…
Мутант медленно двигался ко мне, принюхиваясь. Затем громко зарычал и бросился вперед, снося меня вместе с креслом. Ударившись затылком, застонала от боли…
У самого уха я услышала, как учащенное дыхание монстра превратилось в рык, после которого он укусил в шею. На этот раз я закричала – протяжно и безысходно. А он продолжал вонзать челюсти… Снова и снова…
Темнота стремительно завладевала мной.
Это была сама смерть.
Сожаления одолевали утекающий разум. Мои девочки… Их лица ускользали из воображения, пытающегося наскоро нарисовать их для меня… Их голоса, которые я пыталась вспомнить, тонули в утробном рычании и чавкающих звуках поражаемой плоти.
Лишь в самом конце раздался одиночный выстрел, после которого мир для меня, а я для него, перестал существовать.