— Не стой в стороне, присоединяйся. Бандит будет молчать. — Рен с довольной улыбкой отошел от меня к горну. — У нас есть время, пока нагреется металл.
Я повернулась к Герману, прикусив губу, — тот стоял нерушимой мрачной скалой, сложив руки на груди. Он говорил, интересный опыт… Возможно, наутро он уже и не мечтал о следующем разе. Я поникла.
— Значит, пока у нас есть время, стоит повторить сдерживание дара. Говорят, с возрастом обучение дается труднее, а повторение — залог успешного усвоения информации.
Несмотря на каплю ехидства, Герман, несомненно, прав. А мне лучше не мешаться. Я бы пошла в дом, переоделась в свои вещи, если Влад их еще не выбросил, и приготовила обед. Но самой оставаться страшно, поэтому я пока присела на стул.
— Я все прекрасно помню! — огрызнулся Рен. — И отвлекаться на учебу я сейчас не стану — мне нужно подумать, какие магические символы нанести на меч, чтобы он действовал в твоей руке. Надеюсь, ты умеешь с ним обращаться?
— Да. Я владею всеми возможными видами оружия.
— Тогда уйдите куда-то вместе с Ликой, чтобы я не отвлекался. — Он напоследок скользнул по мне голодным взглядом и повернулся обратно к горну.
— Пойдем в дом? — спросила я, приподняв край футболки. — Хочу переодеться.
Герман молча вышел за дверь, я поспешила следом. Казалось, тронешь его — ударит током. У меня даже язык прилип к небу, не знала, о чем заговорить, чтобы скинуть эту напряженную неловкость между нами. Так мы прошли через двор, зашли в дом, поднялись по лестнице…
— Будешь смотреть, как я переодеваюсь? — я игриво улыбнулась, но улыбка моя отскочила от стены, что Герман воздвиг между нами, и я уже пожалела о неудавшейся попытке разрядить обстановку.
— Твоя нагота не помешает демонам напасть, — только и сказал он, заходя за мной следом в спальню. Не успела я шагу сделать к шкафу, как Герман поймал меня за талию, развернул к себе и впечатал спиной в стену с такой силой, что дух вышибло из груди и голова закружилась. Будто кипятком кто-то ошпарил легкие — там жгло и не осталось кислорода.
— Мы, наверно, мало тебя ночью драли, снова хочешь? — горячее дыхание обожгло губы, щеки закололо от прилившей краски.
— Герман, ты что…
— Теперь тебе одного мало? — на низких нотах его рычания дребезжала ярость.
— Я не… — сказать ничего не успела, как он развернул меня лицом к стене и сорвал вниз штаны.
Вся я полыхала так, словно меня засунули в горн вместо стали. Кожу пощипывало, жгло, рука Германа резко надавила на талию, вынуждая меня прогнуться. Сердце подскакивало аж до горла, адреналин на сверхскорости метался по крови. Все началось так быстро, что я сообразить не успела… Зато тело мигом отреагировало бурным возбуждением.
И твердый член Германа ворвался в уже влажное лоно. Волнительный трепет пробрал мое тело до сладкой дрожи.
Он себе не признается, но сам дико завелся от нашего поцелуя с Реном. Возможно, его бесили не столько мы, сколько его собственная реакция. Я про себя усмехнулась и поймала зубами солоноватый палец руки, которая зажимала мне рот.
Герман не хотел, чтобы Рен услышал, как он меня жестко и разъяренно трахает? Я уверена, демон в курсе. И по какой-то причине решил не присоединяться.
Рука надежно глушила мои стоны. Быстрые влажные шлепки молотили по барабанным перепонкам. Герман вжал меня в стену своим сильным мускулистым телом, обхватил поперек талии, не давая ни на миллиметр шевельнуться. Безжалостно вгонял член, каменный от свирепого желания.
— Как же ты течешь… Нравится так жестко?
И он еще сильнее впечатался в мои ягодицы бедрами. Я сдавленно взвизгнула. Его член, казалось, пронзит мое нутро насквозь. Нос зарылся мне в волосы, горячее дыхание защекотало кожу мурашками. Рука со рта сползла ниже и обхватила горло. Страх вперемешку с острым волнением заискрился на оголенных нервах. Голова поплыла в тумане…
Вторая рука поднялась с талии, забралась под футболку, под лифчик и стиснула грудь. Пальцы нещадно сжали сосок — и острая боль на грани с наслаждением вмиг отрезвила. Я вскрикнула и тут же прикусила губу. Меня заводило то, как его рука обхватывала горло — достаточно сильно, чтобы показать власть над моим телом, и достаточно мягко, чтобы не перекрыть мне весь кислород.
— Ты мне нравишься… — прохрипела я и ахнула от следующего глубокого толчка. Даже когда он злится, даже когда надевает маску безразличия и возводит между нами стену… Я не могу быть к нему равнодушна.
Он расслышал мои слова? Или не придал им значения, думая, что они вырвались из меня лишь благодаря сиюминутному порыву? Он стал двигаться более размашисто, вгоняя член до предела, и его рука с груди опустилась к низу живота. Там ему стоило немного надавить на клитор, как меня выгнуло от мощной судороги, что прокатилась по телу. Я поплыла в жарком дурмане, а он не останавливался ни на секунду. Будто хотел вбить меня своим членом в стену.
Низкий стон вибрацией пронесся по моему уху, и член замер во мне, мощно пульсируя. Герман крепче стиснул меня в объятьях, вдавливая в себя, прижимаясь носом и губами к затылку.
