Песня подошла к концу в самый раз к очередной остановке, на которую Герберт как раз и направлялся. Он быстро преодолел причудливые лабиринты метрополитена и через пару минут выбрался на поверхность, открыв своему взору бесконечное синее небо, усеянное яркими звёздами. От метро до бизнес-центра было довольно далеко, все тротуары были забиты людьми, возвращающимися с работы. Герберт шёл мимо неказистых офисных зданий с маленькими квадратными окнами и множеством входов со сбивчивой нумерацией, мимо высотных зданий и маленьких забегаловок, промышлявших в основном продажей небольшого ассортимента блюд навынос и разнообразных кофейных напитков, становившихся с каждым годом всё дороже. Мимо проносились молодые ребята на роликах и велосипедах – из всех людей в подобных районах хорошее настроение на лицах проявлялось только у стажёров и начинающих специалистов, пока ещё не разочаровавшихся в своей профессии, межличностных отношениях и трудовой философии. Большинство из них верило, что уже очень скоро их жизнь начнёт преображаться с огромной скоростью, что они будут преодолевать одну ступень карьерной лестницы за другой, стремясь куда-то туда, наверх, где всех ждут и всем уготовано тёплое местечко. За одной стажировкой шла другая, за той ещё одна. Менялись команды, задачи и цвет рабочего стола, но неизменным оставалось отношение руководства, пытавшегося выжать из своих подчинённых всё до последней капли. Оставалось не так много сфер, в которых человек мог заставить себя уважать, всё сводилось к тупой погоне за метриками и вниманием менеджмента. С годами энергичность проходила, принимались правила игры и исчезало ощущение диссонанса, становилось понятно, что всё это – форма некоего неосязаемого ритуала, призванного создать новый образ мира, в котором роль каждого отдельного элемента сведена к роли песчинки на бесконечном золотом пляже. Но пока иллюзия ещё сохраняла свои основные черты, молодёжь вносила ощущение жизни в забитые умертвиями от подвала до крыши офисные некрополисы.
Бизнес-центр располагался на месте бывшего лесопарка, о существовании которого напоминали только редкие деревья, заключённые в бетонные объятия. Под одним из таких деревьев стоял небольшой стол, за которым два офисных служащих играли в го. Повсюду сновали небольшие автомобили клининг-сервисов с характерным оформление корпусов. Стоимость уборки одного офисного здания составляла такие безумные суммы, что в какой-то момент ряд компаний просто стал дописывать в контрактах сотрудников обязанность еженедельной уборки в своих кабинетах по окончании рабочего дня. Мама Герберта как раз работала в одной из таких компаний и часто рассказывала всякие истории о том, что творится за закрытыми дверьми этих муравейников. Один из владельцев крупной консалтинговой фирмы решил пригласить всех своих подружек, знакомство с которыми произошло по известной схеме, провести праздник вместе с ним, подготовив не только гастрономическую, но и культурную программу, предложив своим пассиям раскрыть художественные навыки на огромных холстах, вывешенных на стенах пентхауса. Известно, что алкоголь особенно ярко раскрывает талант и артистизм, позволяя преодолевать границы возможного. Все границы были преодолены, и наутро сотрудники компании обнаружили, что подруги владельца компании не стали ограничиваться предложенными им холстами и воплотили ярчайшие образы на стенах, полах, стульях и столах абсолютно всех этажей здания. В силу острой нехватки кистей, яркие краски наносились на поверхности с помощью ладоней, ступней и ягодиц, оставлявших характерные отпечатки. Несмотря на невиданную ранее свободу творчества, плохой уровень подготовки не позволил девушкам изобразить что-либо стоящее в художественном плане, но зато удалось родить на этот свет один из самых дорогостоящих клининг-контрактов.
Прошло порядка получаса, прежде чем Герберт добрался до нужного адреса. В воздухе до сих пор стоял запах гари, здание было огорожено и обнесено яркой светящейся лентой. Снаружи стояло несколько полицейских автомобилей, по территории здания ходили люди в штатском, занимавшиеся выяснением причины возгорания. Вокруг всего этого стояла огромная толпа молодёжи с венками и фонарикам, состоявшая в основном из девушек лет четырнадцати – шестнадцати и небольшого количества парней, которые, по всей видимости, пришли сюда вместе со своими подругами. Повсюду виднелась фирменная атрибутика Евы – разноцветные футболки, сумки с голографическими нашивками, головные уборы со значками и прочие мелочи. Несколько особенно юных девчонок плакали навзрыд, подруги пытались успокоить их, но всё было безуспешно. Площадь здания была довольно большой, поэтому работы у следователей было и так по горло, но то и дело кто-нибудь из особо преданных фанатов пытался прорваться на огороженную территорию, и его приходилось ловить, выпроваживать на улицу и оформлять протокол.
