Наконец, поток слез иссяк, и Бри смогла перевести дыхание. Сколько прошло времени, она не знала.
— Прости, — она приподняла голову и вытерла слезы.
— За что? — Адам отпустил ее и осторожно убрал упавшую на ее лицо прядь волос.
— Я не знаю, — Бри вздохнула. Ей правда надо перестать извиняться за то, что она просто человек, но некоторые привычки сложно перебороть. — Что ты тут делаешь? Я же позвонила и сказала, что все в порядке.
В глазах Адама промелькнула злость — и это было довольно редкое зрелище.
— Я увидел интервью, которое ты дала с места преступления. А спустя несколько минут репортер сказал, что тебя подстрелили.
— Черт, — Бри едва помнила разговор с Ником Вестом. В тот момент она больше была озабочена тем, чтобы ее не стошнило у всех на глазах. — Я звучала как идиотка?
— Ты выглядела и звучала как крутой коп, как и всегда, — он нахмурился. — Я понимаю, что на публике тебе нужно держать лицо, но мне ты должна была сказать правду. Всю правду. Хватит пытаться защитить меня от всего на свете. Я уже давным-давно взрослый человек, который сам может справиться с жизнью.
— Я знаю, просто это так трудно. Ты всегда будешь моим маленьким братиком.
— Я пятнадцать сантиметров выше тебя.
— И ты стал замечательным мужчиной, — она коснулась его руки. — Я тобой горжусь.
— Пока Эрин не умерла, я позволил искусству себя поглотить. Я знаю. Я не общался с ней и с детьми — и с тобой — столько, сколько мне стоило бы. И я всегда будут об этом жалеть.
— Я так же виновата, как…
— Дай мне закончить, — он глубоко вздохнул. — Но с тех пор как Эрин умерла, и ты попросила меня помочь с детьми, я очень стараюсь исправиться. Сначала мне было трудно, но как только я понял, сколько всего я потерял, это стало для меня радостью. Хватит извиняться каждый раз, когда тебе нужна помощь. Хватит думать, что ты должна со всем справляться одна. Ты хотела, чтобы у нас были настоящие семейные отношения, но это не может работать только в одну сторону. Ты не можешь одна оказывать всем поддержку. Ты всегда можешь на меня опереться. По-моему, как-то так и должна работать семья.
— Ты прав, — эмоции комом застряли у Бри в горле. Сначала — горе, потом — благодарность, и все это накрыло ее с головой быстрее, чем она смогла понять, что происходит. Она думала об Адаме как о ребенке, и с ее стороны это было невероятно высокомерно. Словно она — единственный здесь сильный человек, способный принимать правильные решения. Если она хочет его уважения, любви и доверия — она должна проявлять их в ответ. — Я исправлюсь. И если я вдруг снова начну так делать, обещай, что скажешь. Не позволяй мне быть заносчивой стервой.
— Ты совсем не стерва, но обещаю, что скажу, если тебя будет заносить, — кивнул Адам. — Ты, кажется, совсем вымоталась. Когда тебя выпустят?
Тут вошла медсестра.
— Я принесла документы на выписку. Локальная анестезия будет длится еще несколько часов. Завтра рана будет болеть больше, — она положила перед Бри пластиковый файл с документами. — Тут рецепт на антибиотики и болеутоляющие, там же инструкции, как ухаживать за ранением. Вам нужно держать руку в покое несколько дней. Есть ли хоть какой-то шанс, что остаток недели вы проведете на диване перед телевизором?
— Нет, — сказал Мэтт из коридора. — Такого она делать точно не будет.
— Так я и подумала, — медсестра достала из упаковки перевязь на руку. — Тогда наденьте вот это. И смотрите не порвите швы.
Пятнадцать минут спустя Бри уже была готова уходить. Она медленно встала на ноги, проверяя, способна ли удержать равновесие. Адам снял свою ветровку и накинул ей на плечи.
— Нужно зайти за выписанными препаратами, — Адам достал из файла рецепты.
— Я этим займусь, — Мэтт забрал рецепты себе. — В Скарлет-Фоллс есть круглосуточная аптека.
— Я могу и до утра подождать, — заметила Бри. Мэтт только покачал головой.
— Можешь, но никакой причины ждать у тебя нет. Я чуть позже завезу лекарства. Позаботься о ней, Адам.
— Обязательно.
Адам взял ее под локоть и отвел к своей машине, помог усесться в кресло. Бри уснула, когда они тронулись с места. Когда Адам разбудил ее, тронув за плечо, она вздрогнула.
— Мы дома, — сказал он.
Потом он помог ей дойти до дома и подняться по лестнице. Там дело в свои руки взяла Дана: она вытряхнула Бри из формы и помогла надеть пижамные штаны и чистую майку. Потом Бри растянулась на кровати, а Дана устроила ее перебинтованную руку на подушке.
— Хочешь, на ночь закрою спальню от животных? — спросила Дана.
— Нет. Кто знает, что взбредет в голову коту, если он не получит, что хочет?
Дана рассмеялась.
— Ладно, но ты сама напросилась, — она открыла дверь. Милашка тут же запрыгнула на кровать и свернулась клубочком в ногах Бри. Вейдер занял свое законное место на второй подушке.
Несмотря на всю усталость, сон у Бри был прерывистый. Ей снилось, что ее преследует что-то невидимое, и как бы быстро она не бежала, преследователь не отставал ни на шаг. Задыхаясь, она проснулась в сумрачно-серой комнате. В руке пульсировала боль, во рту пересохло, а голову словно свинцом залили.
