Юбку по ветру полощет
Разноцветным, пестрым флагом.
Стонет всё живое в роще,
Что растёт по-над оврагом.
Я стою спиною к ветру,
Тебя крепко обнимая.
Мы прошли три сотни метров…
Проползли их – умирая!
Нет уж сил у нас бороться:
Круговерть уже кругом.
До сторожки остается
Двести метров – не дойдём!?
Рухнул дуб могучий рядом:
Треск ствола, как первый гром.
Нам собраться только надо:
Двести метров – мы дойдём!
Развернувшись против ветра,
Наклонившись до земли,
Мы прошли ещё три метра,
А вернее, – проползли!
Веток стук и крик деревьев,
Грязь в лицо и пыль в глаза,
Смесь травы и птичьих перьев…
Уж скорее бы гроза!
Только ветер всё сильнее:
Уж сторожку не видать.
До крылечка, чуть правее…
Нюни мне не распускать!
Вот и дождь! А вот – сторожка!
Видишь, краешек трубы…
Ну ещё чуть-чуть, немножко…
Выбрось к черту ты грибы!!!
Жара в июле напрягает
Мужчин – особенно, подчас!
Но и она же раздевает
Для них всех женщин всякий раз…
И потому мужчины терпят
Жару – любую и – всегда!
А днями солнечными вертят
Как захотят: туда-сюда…
Как же яростно ветер ломал
Эту рощу берёз в чистом поле:
Словно злобу на ней вымещал
И пределы испытывал боли!
Как трещали под ветром стволы,
Как кричали они, умирая!
Но боролись и были смелы
Все деревья, растущие с края.
Ветер скручивал листья в спираль,
Обрывая десятками сразу,
Унося их зелёными в даль,
Но их плача не слышал ни разу!
Молодые берёзки клонил
Ветер к серой земле, как травинки,
Он ветвями о землю их бил,
Но не выжал из них и слезинки…
Только плакала роща давно,
Хотя ветер не видел те слёзы:
Их понять он не мог всё равно,
Ведь то плакали мамы-берёзы…
