Вся эта история с разрушенным миром и утратой возможности размножаться мне совсем не нравилась. Почему-то я в нее верила, но уже совсем иначе смотрела на все разговоры об избранной.
Медленно убрав его руку с собственной талии, я встаю, подхожу к шкафчику со столовыми принадлежностями и хватаю кухонный нож.
— Так значит твои предки потеряли свой мир и решили захватить все миры? — спрашиваю я, неспешно оборачиваясь.
Зачем мне этот нож, я и сама толком не понимаю, но мне с ним спокойней, особенно от мысли, что рядом со мной он смертен. Начнет делать глупости, я ему ножом пригрожу, представить при этом, как я всерьез нож использую, у меня не получалось, да и вид у Беса был знатно потрепанный. Жалко его еще больше мучать, а вот погрозить можно.
— Почему захватить все миры? — удивляется он. — Мы только хотим жить дальше.
— Вы сделали все миры своим домом, вы вынудили таких как я становиться вашими парами, — ругаюсь я. — Ты мне опять хочешь рассказать про то, как мы связаны — после всего, что показал?
— Но мы действительно связаны, — со вздохом возражает он и медленно встает на ноги. — Марта, в твоей душе частица моей родины и моей сущности, это делает нас духовно родными, а частица родины позволяет выжить, вынашивая бессмертного. Он появится на свет уже через три месяца…
— И тогда ты его заберешь и исчезнешь из моей жизни, вернув все как было! — заявляю я, выставляя вперед нож. — Иначе я найду тех, кто на тебя охотится, понял?!
— Марта, давай не будем сейчас о том, что будет после, — со вздохом попросил Бес. — Поверь мне, то, что ты думаешь и чувствуешь, изменится. Мне невыносима мысль о расставании с тобой, даже на миг, потом ты будешь чувствовать то же самое, да и наш ребенок…
— Твой ребенок! — перебиваю его я, хотя от этих слов у меня больно колет в груди, прямо под ребрами, словно длинной раскаленной иглой.
Я любила этого ребенка, хотя даже поверить толком не могу в его существование. Я буду мамой Бессмертного, какое безумие! Только верить в собственные чувства я больше не могу. Я слишком много знаю про этих существ. Они подчиняют себе миры, они управляют такими как я, поверить в эту любовь — это потерять себя, не иначе!
— Я не покорюсь магии твоего предка! — продолжаю я, выставив вперед нож. — Ты можешь говорить, что угодно, но это обман, ложь, созданная такими как ты!
— Марта — это часть тебя, такая же часть, как меня. Ты такой родилась, а не стала. В твоей душе капля крови древнего Бесандера, ни с кем и никогда ты не сможешь быть счастлива кроме меня, пойми ты это…
— Но это выбрала не я! — ругаюсь я. — Просто дай мне книгу Криса и соглашайся на сделку, пока я не метнула в тебя кухонным ножом!
— Марта, — начал Бес, встал, а я действительно бросаю в него нож, так просто бросаю его, злясь, но даже не думая, что из этого что-то может выйти. Мне казалось, что ножом демону угрожать — это как слону мухобойкой: оскорбительно да и только, но что-то определенно идет не так.
Нож вспыхивает золотом и пронзает Бесу ладонь, пробивает ее насквозь и замирает. Защита, которую он хотел поставить, просто не срабатывает.
Я взвизгиваю, действительно не ожидая такого, но помогать ему себе просто запрещаю, наоборот, хватаю еще один нож, перепугавшись еще больше. В глазах у Беса вспыхивает пламя гнева, и я понимаю, что мне может быть придется защищаться, а Криса рядом нет. Не знаю, как я это сделала, но если будет нужно, я сделаю это вновь.
— Марта, вот зачем ты это делаешь? — спрашивает Бес, вынимая нож из пробитой руки. — Я ведь люблю тебя…
— Если любишь, дай мне книгу Криса, чтобы я могла ее прочесть! — требую я. — Он ведь оставил ее тебе!
Бес кивает, и книга тут же появляется на столе.
— Только, Марта, поверь мне, лучше я сам расскажу тебе все, что там написано…
— Или совру? Я не верю ни единому твоему слову! — перебиваю его я, хватаю книгу и вместе с ножом выскакиваю из кухни.
Там сразу оборачиваюсь, чтобы посмотреть на этого хмурого черноволосого принца недобитого.
— Вы все равно вымрете! — заявляю ему я, чтобы уколоть побольнее. — Наверняка капля крови тратится в тот миг, когда рождается новый Бессмертный, а значит в мире, где он родился, пару ему никогда не найти!
В глазах у него возникает ужас, видимо он об этом не думал, но я при этом наверняка права, ведь это один из важнейших законов магии. Они не могут быть разными для всех.
Гордо вздернув нос, я понимаю, что действительно счастлива от того, что смогла сделать ему больно. Я просто убегаю, потом уже пожалев, что не прихватила с собой какой-нибудь еды.
Вбежав в комнату с бабушкиными книгами, я закрыла дверь, подперла ее стулом, а потом зову помощника:
— Йети!
«Ну чего, истеричка?» — спрашивает наглый кот, пройдя сквозь стену.
— Еды мне принеси, — приказывая я ему, игнорируя оскорбление.
«Так ты дверь открой сначала», — отвечает он мне, запрыгнув с важным видом на стул, подпирающий дверь.
— Ты без этого сюда уже пришел. Вот и еще раз придешь!
«Так я был один, а тут с едой», — фыркнув, подмечает кот и начинает вылизываться, совершенно игнорируя мои желания.
