Я бегал по кухне (с момента подписания контракта я еще долго не мог привыкнуть к названию «камбуз») как ужаленный, в попытках проследить, чтобы всё обширное меню рождественского ужина не переварилось, не сгорело и не обветрилось. Позади был и праздничный завтрак и грандиозный обед. Я чувствовал, что к концу дня просто упаду без задних ног. Мой помощник — Макс семенил за мной с самым растерянным выражением на лице: он понимал, что я в ярости и хотел как лучше, но помочь ничем не мог: он лишь готовил праздничные напитки, подавал и сервировал столы. В обычное время я мог вежливо попросить его подать мне «вон ту коробку риса из верхнего ящика» или «помешать вот это тесто», но сейчас я не мог извергнуть ничего, кроме злобного рыка. Потому я предпочел не обижать парня, а просто молчал, яростно помешивая салат. Усердно работая ложкой и доводя блюдо до нужной консистенции, я раздумывал: «А какого собственно чёрта я здесь делаю? Какой варан меня укусил оставить пост шеф-повара в одном из самых престижных заведений Полиса, где у меня было все, что мне нужно для хорошей жизни? Несколько поваров в подчинении, всегда готовых выполнить все, что я скомандую с хирургической точностью, замечательная просторная кухня, команда ресторана, поддерживающая со мной такие хорошие отношения, насколько это вообще было возможно. Чем я руководствовался в своем решении заключить контракт с «Рассел» и оказаться на этом корыте?». Эти и другие вопросы занимали меня, пока я заканчивал приготовления к вечернему застолью. Вынув из печи последние кексы с яблоком и корицей, я бросил их на шпильку пекарской печи остывать и взглянул на часы. Оказалось, что все не так уж и страшно: я не только успел вовремя, но и осталось еще немного времени перевести дух. Я упал на табуретку, продолжая яростно вращать глазами пока Макс собирал посуду, заканчивая подготовку зала.
Я взглянул на свой передник, покрытый пятнами крема, томатного соуса и чего-то еще, злоба заклокотала во мне еще сильнее: я никогда еще не позволял себе так замараться, даже работая здесь. Мной обуяло дикое желание стянуть себя китель и сейчас же пойти к капитану, высказать все, что я думаю об этом и расторгнуть наш контракт. Но вместе со слепой агрессией я чувствовал что-то еще. Постепенно, вместо жалости к себе меня начало заполнять другое чувство. Чувство удовлетворения, ведь праздничный завтрак, ради которого я встал на час раньше, ребята встретили с восторгом. Обед тоже прошел великолепно, а теперь команду ждал грандиозный ужин. Я блестяще справился со всем этим, как всегда. В том, что всё будет очень вкусно, и хватит всем с избытком, я был абсолютно уверен.
Я ощутил себя полнейшим дураком, заметив как Макс покосился на мою глупую улыбку, сменившую пунцовую гримасу.
Полчаса пролетели незаметно: я помогал Максу разносить блюда, пока столовую наполнял многоголосый хор. Шуточки в адрес моего кислого лица прилетали всё чаще, взрывы смеха звучали все громче, пока, наконец, не явился капитан Роберто Гатти в сопровождении своего помощника — Гордона Флореса. В этот момент я поспешил удалиться. На корабле я провёл еще не так много времени, и не успел привыкнуть ко всем членам экипажа настолько, чтобы чувствовать себя с ними как за семейным столом. Или это была застенчивость? Не знаю. Так или иначе, мне показалось, что моё место сейчас на заляпанной кухне, которую нужно отмывать. Почти сразу я услышал быстрые шаги. Макс вдогонку мягко тронул меня за плечо:
— Джек, капитан зовет нас сесть поужинать с ними.
— Но мне нужно прибрать кухню, там полный свинарник! Как я могу праздновать… — начал было упираться я.
— Не переживай, я тебе помогу, а завтра приду пораньше, договор? Пойдем.
Усталый, но с переполняющим меня чувством благодарности я поплелся за ним. В зале нас встретили приветственным улюлюканьем. Когда мы с Максом заняли свободные места, все стихли, выжидающе глядя на капитана. Капитан Гатти поднял свой бокал:
— Давайте выпьем за тех, кто накрыл нам этот замечательный рождественский стол!
Транспортёр сильно трясло, несмотря на спадающий жар заходящего солнца внутри кабины все еще стояла невыносимая духота. Я утирал пот и вглядывался в бескрайние пустынные волны бархан. Остальных кандидатов высадили еще раньше, на других остановках, так что пилот торопился поскорей доставить меня к пункту назначения. Судя по карте бортовой панели, на которую я невольно бросал косые взгляды, мы почти нагнали «Колодец-1».
