Я в любом случае остаюсь в выигрыше. Регулятор приписал все доходы в собственность Куратора, который в праве сам распорядиться ими. Вот только изъятие потенциала и резерва остается, как и прежде, тяжелой процедурой. Я теряю контроль над сознанием примерно на середине процесса и без того максимально ускоренного.
Вероятно, Куратор погрузил меня в анабиоз, настроив восстановление всех систем, потому, что прихожу в себя уже в своем алькове, полностью восполнив все потери из резервов. Расход не более семи уровней, но теперь оболочка цела и силы вернулись ко мне. Резерв в остатке имеет не менее десяти уровней, что не может не радовать. В ответ на мое пробуждение появляется Вард, следивший за моим состоянием.
— Ты мне постоянно будешь доставлять беспокойство бесполезной работой? — Врач как прежде говорит устало-раздраженным тоном. — Мне приходится тратить свое время на простое наблюдение, вместо того, чтобы заниматься своими проектами.
— Простите меня, Вард, но лучше пусть это будете вы, чем еще один, желающий разобрать меня на части, — теперь я понимаю, как важно иметь доверенное лицо среди представителей других функций.
Неожиданно, Вард кладет свою немеханическую руку мне на голову, прижимая к ложу, но, не причиняя боли, а скорее настойчиво заставляя слушать внимательно.
— Больше они не посмеют этого сделать, — врач слегка наклоняется ко мне, — теперь ты, только мой проект, — он смеется, что довольно непривычно слышать от него, — так что постарайся беречь мой труд и не попадать в подобные ситуации.
— Только ради вашего спокойствия, Вард, старший лекарь, — я говорю более пренебрежительно, понимая, что теперь и он получает выгоду от моего положения.
Ожидаемой гневной реакции не следует, наоборот, врач начинает громко смеяться и, продолжая свой смех более сдержанно, покидает мой альков. Меня же начинает мучить чувство, что я не все понимаю в своем положении. Но теперь я делаю для себя вывод, что должен научиться лучше разбираться в эмоциях, сейчас мне недоступных.
В нейтральный уровень я возвращаюсь спустя четыре лунных цикла после исчезновения. Два из них я провел в анабиозе. Патрон оставляет меня на два с лишним цикла в своей обители. Чтобы синхронизировать все системы с условиями параллели. Так как свое боевое облачение я потерял во время изъятия, мне выдают прежнюю одежду, которую носят обладатели женской оболочки.
На второй цикл я сопровождаю своего Куратора на совет Высших этой параллели. К моему удивлению, там присутствует и Леред со своим помощником. Долгое время длится совещание по вопросам работы и развития мира, но в конце Куратор просит собрание дать время на личный диалог с Лекарем. Общение они так же продолжают на ментальном уровне. К окончанию их общения Патрон прибегает к физической речи.
— Я считаю своего помощника пострадавшей стороной, и потому подтверждаю его право требовать от вас компенсации, — в прежде твердой и уверенно речи Куратора теперь появляются и насмешливые ноты, отражающие его превосходство над оппонентом.
Леред, как и прежде напряженный, теперь еще больше закрывает свою ауру.
— И что ваш энгах хочет получить? — его взгляд из-под сведенных бровей обращается ко мне. Ментальный сигнал от Куратора разрешает мне взять слово.
— Пусть вернут одежду, мне нужно продолжить тренировку, — я не собираюсь еще больше навлекать на себя гнев Высшего, но и вызов не могу оставить без ответа. Но Куратор издает незнакомый мне беззаботный смех в ответ на легкое удивление в глазах Лереда и гримасу сомнения его помощника.
— Простите моего энгаха за скромность. Несомненно, вы возместите утрату боевого облачения, но и восполните физический ущерб. Думаю десяти уровней будет достаточно.
— Неужели потенциала моих функционалов было мало? — Леред теперь крепко переплетает тонкие пальцы своей оболочки благородного старца.
— Да, чуть не забыл, и потерю функционального состава моих когорт так же возместите вы, — с каждым разом речь Патрона набирает все больше веселья и, одновременно, угрозы.
— Как скажете, Высший Исполнитель, — сейчас кажется, что твердости Лереда пришел конец, он опускает руки, отворачиваясь от Куратор, потом говорит, не глядя в его сторону, — но только в этот раз.
Высший и его помощник покидают помещение. Патрон еще некоторое время сидит в той же позе, положив подбородок на сомкнутые пальцы руки, опираясь о стол. Я решаю обратиться к нему сам, не дожидаясь когда Куратор вспомнит обо мне.
— Высшему Лекарю не нравится исход дела, вероятно, он захочет компенсировать свой проигрыш при первой возможности.
— Ничего нового, Алури, я работаю с ним с момента освоения этой параллели и знаю, на что он способен. — Патрон встает, медленно обходя зал, просит следовать за ним, — Но такого поступка я от него не ожидал. Его помощник, Гаогот, становится слишком непредсказуемым. Я надеюсь, ты поможешь уравновесить наши силы.
— В чем его особенность, — для меня элед закрыт, но я должен знать его слабые и сильные стороны, если снова придется столкнуться с ним.
