Глава 14Игры принца.У каждого есть своя любимая игрушка.Вот, почему я не люблю поджигателей.(неизвестный пожарник)Настроение у принца было отвратительным. Нет, не так! Оно было очень, очень, очень отвратительным. Сегодня ему запретили тренироваться. Как он сможет стать Тенью, если ему запрещают тренироваться? Нет, он прекрасно понимал реалии и все доводы тех, кто убеждал его отказаться от этой затеи. Но он очень хотел ею стать, даже больше, чем принцем. Правда, менее чем специалистом по ядам, но, похоже, одно другому не мешает.Но что со всем этим делать и как выкручиваться из ситуации, Дарий решил подумать потом, а для начала надо было выполнить просьбу отца. Да, да, ПРОСЬБУ! По мнению принца, слово "просьба" было гораздо весомее слова "приказ", ощутимо весомее, хоть и была она какой-то дурацкой. Его задачей было так сильно напугать баронских шпионов, желательно, конечно, без сильного членовредительства, чтобы они захотели как можно скорее отбыть к себе на родину. Лучшего "пугача" отец, конечно, не нашел, ведь даже по рассказам Мениса, его именем и так уже давно пугают детей. "Они что хотят, чтобы при упоминании моего имени девушки от ужаса теряли сознание, а старики падали с сердечными приступами?! Это был уже перебор," – с досадой думал принц.И каково же было его удивление, когда он увидел, с каким восторгом просьба отца была встречена его учителями. И теперь они все вместе сидели на ступеньках главного входа во дворец и ждали Мениса со списком баронских шпионов. При этом все уселись так, что ни войти, ни выйти, не задев эту странную и, одновременно, устрашающую компанию, было невозможно. По обе стороны лестницы уже образовалась порядочная толпа из слуг, дворян и еще только Святой ветер знает кого. Единственный, кто за последние десять минут преодолел эту живую баррикаду, был Длинный. Этот вездесущий умник умудрился не только на ходу со всеми поздороваться, но и специально наступить на ногу Лису. Лис поморщился, но промолчал, похоже, ему было, за что страдать. А Длинный с пыхтением, более похожим на звук умирающей в неимоверных муках змеи, скрылся во дворце. Еще минут через пять откуда-то снизу лестницы прибыл парламентер – бравый молодой офицер, который щеголяя своей формой с блестящими на солнце медалями, громко и с уважением поинтересовался:
