«Хочу, чтобы твоя боль от неразделенной любви ушла навсегда. Хочу, чтобы ты был счастлив со своей будущей супругой. Спасибо, что был рядом. Спасибо, что создал для меня другой мир, в котором укрывал от всех бед, ценой своего разбитого сердца. Ты заботился обо мне. Поддерживал и защищал. Теперь пришла пора позаботиться о себе».
Микаэла (семь лет спустя)
— Мама, а Лайер и Лойя сегодня точно приедут? — с серьезным видом спросил Хион, наш с Джаредом пятилетний сын.
Мой супруг подавил очередную улыбку, а я вновь вздохнула, смотря на своего малыша, который не мог дождаться появления гостей.
Нет, мы, конечно, знали, кого именно он ждет. А если точнее, то юную Милину — дочку Лайера и Лойи, которая была младше нашего непоседы на пять месяцев.
— Скоро, — ответила я, — подожди немного.
— И если ты каждую минуту будешь спрашивать, от этого они быстрее не приедут, — поддержал меня Джаред.
С тяжким вздохом сын направился к дверям.
— Ты куда? — спросила я.
— К дедушкам, — буркнул ребенок. — Они обещали мне… ой…
— И что же они такого пообещали тебе, если я слышу твое "ой"? — хмуро свела брови, смотря на юного конспиратора, который пусть и сболтнул лишнего, но тайну все же не выдал. — Они опять тебя учат сражаться на мечах, да? — здесь даже гадать не приходилось, и так все было понятно.
— Ну-у-у… — протянул ребенок.
— А что в этом плохого? — пожал плечами Джаред. — Мы с тобой тоже в таком возрасте начинали.
— Ты прав, — кивнула я, — но у нас были деревянные мечи! А они ему дают настоящий!
— Мамуль, — мне был знаком этот хитрый тон пятилетнего лисенка, — он же небольшой совсем. Не нужно за меня беспокоиться. Да и вообще, — пожал Хион плечами, — я уже взрослый.
— Вот! — вскинул указательный палец Джаред, в самое ближайшее время которому предстояло принять трон у отца. — Он уже взрослый! Так что все хорошо!
Захотелось взять и стукнуть его чем-нибудь. Да потяжелее. Так всегда было. Отец вставал на сторону сына, потакая ему во всем. Собственно, деды поступали так же, а нам потом с матушкой приходилось вразумлять эту четверку, так как их игры были опасны. Я понимала, конечно, что Хион — будущий правитель и должен быть готов ко всему, но любящее сердце матери противилось такому роду занятий.
— Иди сюда, — сгребла сына в охапку, целуя его в нос.
— Мам… — гнусавил он, терпеливо ожидая, когда я закончу, — ну что ты меня постоянно балуешь? Я же не девочка в конце концов.
Со стороны Джареда послышался довольный смех.
— Можно я пойду уже? — спросил малыш, который, как мне казалось, рос не по дням, а по часам. — Меня дедушки ждут.
— Иди, — скрепя сердце я выпустила сына из своих объятий. — И передай дедушкам, что им предстоит со мной серьезный разговор.
— Когда Лайер и Лойя приедут, то…
— То мы обязательно тебя позовем, — ответил Джаред.
— Ага, спасибо! — вприпрыжку Хион побежал в сторону замка, оставляя нас двоих в саду.
— Хорошо, что они тянутся друг к другу, — кивнул Джар.
— Согласна. Милина очаровательна. Копия своих родителей.
«А главное, что она девочка, — мысленно добавила я, храня секрет семьи Лайера. — И ей не предстоит связывать свою судьбу с незнакомцем, ведь навязанный брак, как и любовь, грозят только мальчикам их рода».
Первое время после того дня, когда я узнала об истинных чувствах друга, не могла найти себе места. Все думала и думала, гадая, зачем именно Лайер надел этот браслет. И до меня дошло. Да чтобы Джареду приходилось добиваться меня снова и снова, доказывая мне и самому себе, конечно же, что его любовь не временные, навеянные настроением чувства, а самые что ни наесть настоящие, сильные и искренние. Друг сделал это ради меня. Потому что желал мне счастья. Кто знает, сколько бы мы ходили с Джаредом вокруг да около, не осмеливаясь признаться. Эльф помог, сближая нас и соединяя в крепкую супружескую пару.
Я так переживала за него, мое сердце было не на месте. Мысли не давали покоя, но все изменилось ровно в тот момент, когда спустя две недели после брачной эльфийской церемонии в замок приехал Лайер со своей супругой.
Не передать словами как сильно я переживала. Впервые в жизни не знала, как себя вести, но когда увидела, как друг счастлив, как не сводит глаз со своей красавицы, нежной и хрупкой, словно цветок лотоса, то все мои тревоги постепенно начали развеиваться, а сердце успокаиваться.
Лойя оказалась очень приветливой и добродушно девушкой. Мы сразу с ней подружились. В ней не было того пафоса, лицемерия и наигранности, что является неотъемлемой частью почти каждой придворной дамы. Она была особенной. Той самой, кого я и просила у богов для своего единственного друга.
Мы очень часто бываем в гостях друг у друга, а когда поняли, что наши дети подружились, причем между ними возникла какая-то особенная, незримая нашему глазу связь почти с самого рождения, то и вовсе начали подумывать о том, чтобы породниться как семьями, так и государствами. Конечно, никто заставлять детей вступать в брак не планировал, но, судя по тому, как они не могут отойти друг от друга, когда встречаются, то наши мечты все же сбудутся.
