Внуку — да, но не моим новостям. Хотя Маринин отец был нормальным мужиком, такого ярого защитника справедливости я еще не встречал. Так что была возможность перетянуть его на свою сторону. Пусть и маленькая.
— Я оставлю тебя у дедушки, а сам уеду, — продолжал говорить я, усаживая Захара в детское кресло. Захлопнул дверь, и пока огибал лексус, произнес в никуда: — Поеду поболтать с твоим папашей.
***
Авдей открыл мне дверь практически сразу. Белая рубашка на нем была распахнута, ремень на черных классических брюках расстегнут, светлые волосы взлохмачены, а в руках полупустой бокал белого вина.
Примерно так он расслаблялся после трудного рабочего дня.
— О, Деникин! — вместо приветствия воскликнул Авдей и пропустил меня в квартиру. Уже из гостиной он произнес: — Вино будешь? Закусить не предлагаю: нечем. Десять минут назад заказал пиццу. Уже решил, что они улучшили скорость доставки, но нет. Это всего лишь ты.
Разувшись, я прошел следом за хозяином дома. Авдей развалился на диване и с задумчивым видом созерцал открывшийся вид из окна: штор и тюля не было. Он выглядел настолько эстетично в своей обставленной в светлых тонах квартире, что даже я залюбовался. В этот момент его нужно было запечатлеть на фото или на картине и без труда заработать миллионы.
— Я подаю на развод, — лаконично бросил я, не проходя дальше порога гостиной. — Мне не помешает твоя помощь.
Филипп не выглядел особо удивленным. Он лишь чуть дернул бровью и пригубил вина.
— О как! А что случилось? Изменила тебе? Или, — подмигнул он, — узнала об изменах? Впрочем, неважно. Не понимаю, зачем тебе помощь юриста. Ты и сам неплохо с этим справляешься.
— Ты не понял, — я покачал головой и в упор уставился на бывшего друга. — Ты мне не нужен как юрист. Процесс пройдет гораздо быстрее и успешнее, если ты сразу признаешь свое отцовство. — Ленивая улыбка на лице медленно погасла, он недоуменно моргнул. — Конечно, у меня и так есть тест на отцовство, который доказывает, что Захар не мой. Но и твое требование признать его своим пойдет на пользу…
Я собирался сказать еще кучу слов, но Авдей перебил меня, взмахнув рукой.
— Стоп. Что ты сказал?
Встретившись взглядом с растерянным Филиппом, я вдруг понял, что он ни черта не знает. Вот тут я был уверен в его искренности: похоже, он верил, что Захар мой сын.
— Ты серьезно ничего не заподозрил за все это время? — Я пораженно вскинул брови. — Авдей, ты либо слепой, либо глупец. У него же твои глаза и твои волосы!
— Я не присматривался к твоему отпрыску! — огрызнуться Авдей и поставил вино на кофейный столик. Легкий хмель на его лице исчез, оставив место шоку и какой-то странной сосредоточенности. Таким я его видел впервые. — Да, мы перепихнулись несколько раз с Мариной после вашего расставания, но она меня убедила, что принимает противозачаточные. Когда я узнает о её залете, то прочел в интернете, что таблетки действуют только в течение одного или двух дней после зачатия. Решил, что она пила их уже беременной от тебя. Ну, а волосы… Марина вроде изначально светло-русой была, не? Пока не начала красить волосы.
Я покачал головой, поражаясь странным поворотам судьбы. Удивительно… Почему-то я думал, что Авдей все знает и тихо посмеивается надо мной, поэтому медленно варился в собственной ярости, но все оказалось куда запутанней.
— Авдей, у него родимое пятно, как у тебя. Это твой сын. И я был бы рад, если бы ты его признал. Мальчик заслуживает этого.
Друг поднял на меня пустые глаза и вздохнул:
— Я… Я не знаю, что делать. Связывать свою жизнь с Мариной… Лучше ориентацию поменять. Но Захар… Нужен ли ему такой отец?
— Ему нужен отец, — твердо произнес я и, шагнув вперед, положил руку на плечо Авдея. — Плохим ли ты будешь папашей или хорошим… Решать тебе. А я так и не смог полюбить чужого ребенка.
Он опустил голову и взлохматил шевелюру.
— Бля, Деникин, дай мне пару дней осознать! — вдруг разозлился он. — С чего ты вообще решил, что мне нужен спиногрыз? Я богатый холостяк, передо мной все развлечения мира. А ты предлагаешь мне поменять их на пеленки и памперсы?!
— Пеленки и памперсы ты уже пропустил, — усмехнулся я, но отступил. — Ладно. Делай, что хочешь. В суде я обойдусь и без тебя, но учти: если хочешь заслужить мое прощение за измену Марины с тобой и за то, что я воспитывал твоего сына, тогда ты придешь и потребуешь права принимать участие в воспитании Захара.
Авдей залпом выпил остатки вина в бокале, даже не поморщившись.
На суд он все-таки пришел.
***
— Значит, ты вольная птица? — спросил Ян, не отрываясь от экрана и отчаянно нажимая на кнопки на джойстике.
— Условно я все еще женат. Но суд в ближайшее время, так что да, — я хищно улыбнулся, но не своей свободе, а выигрышу. Геймер из Яна никакой, зато бахвальства ему не занимать.
Ян проматерился и откинул джойстик в сторону. Теперь его больше интересовала бутылка пива, которую он легко открыл и присосался к горлышку. Я усмехнулся, решив не комментировать его неумение проигрывать.