В течение всего вечера то и дело я встречала в парке, далеко или близко, Марину и её сына. Но времени на размышления и уже тем более на беседу не было, потому что народу действительно было много. К восьми вечера я смертельно устала, ноги почти не держали меня, но из парка я выходила с истинным удовольствием. Теплый ветерок дул прямо в лицо, убирая назад растрепанные пряди, и губы сами расплылись в улыбке. Последние посетители парка покидали его, зачастую обгоняя меня. Забавно, что даже сейчас, в такой приятный вечер, после дня отдыха с любимыми детьми, они торопились куда-то.
Я вышла из парка и пошла мимо парковки в сторону остановки, размышляя, стоит ли заскочить в магазин и купить чего-нибудь домой. Мысли о недавней встрече давно исчезли из-за усталости, но судьба, должно быть, сама толкала меня.
На парковке, метрах в тридцати от меня, стоял черный лексус. Влад прислонился к закрытой дверце со стороны водителя и что-то набирал в телефоне. Как раз к этому моменту к автомобилю подошла Марина, держа за руку притихшего Захара. Постояв молча, она раздраженно бросила:
— Вообще-то мы здесь, Деникин!
— Ты забыла, как открывать дверь машины? — равнодушно бросил Влад, не отрываясь от телефона.
Марина раздраженно откинула крашеные волосы назад.
— Ты можешь себя вести как нормальный муж? — Словно желая сыграть на чувствах, она добавила: — И как нормальный отец?
Влад медленно поднял голову, тяжелым взглядом изучил Марину.
— Я никогда не был нормальным мужем, нормальным, — он бросил взгляд на Захара, — отцом. И мы никогда не были нормальной семьей. Поэтому усади его в детское кресло и прижми свой зад, пока я не уехал один.
— Я тебя по-человечески попросила хоть один раз встретить нас! — возмущенно воскликнула Марина, всплескивая руками. Проходящие мимо люди с любопытством оглядывались, а я подошла к широкому тополю, скрываясь за ним. Не хотелось, чтобы Влад меня заметил. — Я даже не заставляла тебя проводить с нами день в парке, Деникин! Просто. Тупо. Встретить.
— Ты действительно хочешь устроить сцену на людях? — спокойно поинтересовался Влад и насмешливо приподнял бровь. Его самого, казалось, наблюдатели никак не волновали.
Марина промолчала. Не знаю, какое у неё было выражение лица, так как она стояла ко мне спиной. Тем не менее, Марина без единого слова усадила уже сонного Захара в детское кресло и сама села впереди. Влад без особого интереса следил за её манипуляциями, а затем сам уселся на место водителя. Не смотря в сторону нелюбимой супруги, недовольно поджавшей губы, он завел автомобиль и мягко тронулся с места.
Я проводила лексус глазами и до боли прикусила нижнюю губу. Да уж, это действительно нельзя было назвать нормальной семьей. Ни Влад, ни Марина не были довольны браком, а такие сцены, устраиваемые при маленьком ребенке, травмируют Захара. Только увидев собственными глазами, я поняла, насколько жалкой была попытка Марины привязать к себе Влада.
А еще я поняла, чего именно хочу.
***
Загорелая, счастливая и абсолютно безмятежная, Катя откинулась на спинку кожаного диванчика и положила руку на живот.
— Еще один кусочек, и я взорвусь, — томно предупредила она.
Нагло улыбаясь, я продолжила запихивать в себя картофель фри, не забывая и про сырный соус. После окончания второй ужасной недели в парке я решила все-таки устроить себе незабываемый день в любимом кафе, да не одна, а с Катей. Та как раз пару дней как прилетела домой, теперь хотела проводить время с друзьями. Сегодня получилось увидеться только со мной: Антон, приехавший три недели назад, не отпускал от себя Дану. Мы не возражали, понимая, что за полгода они соскучились. Но через неделю договорились все вместе отправиться куда-нибудь на речку на пару дней. Надо сказать, на эту поездку у меня великие, почти наполеоновские планы.
Катя облизала губы, с которых давно стерлась вся помада, и сделала глоток холодной колы.
— С тобой я никогда не стану стройной, — пожаловалась она, но как-то неискренне.
— Не смеши меня, — фыркнула я. — Ты стройнее всех нас, и уж один вредный обед вполне можешь себе позволить.
Катя закатила глаза. Я покачала головой, прикрыв на мгновение веки, и решилась.
— Ну что, Катюша, у меня для тебя хорошая новость, — начала я. Она лениво приподняла накрашенную бровь. — Я готова сделать то, к чему ты меня так рьяно подталкивала. Поможешь?
Огонек понимания моментально зажегся в её серых глазах. Вижу, лиса, ты и не думала забывать о своей мании.
— Я всеми конечностями за, но как подруга должна напомнить кое о чем, — посерьезнела Катя и подалась вперед. — Ты ведь понимаешь, как это будет выглядеть со стороны? Какие слухи пойдут о твоей меркантильности, продажности и черт знает о чем еще?
Я не дура, конечно. И сказать, что меня не волнует мнение общества, не могу. Но я готова вытерпеть все эти грязные слухи, сплетни и домыслы. Потому что теперь есть цель.
— Я в парке видела, как они относятся друг к другу, — тихо произнесла я и тоже подалась вперед. Теперь удовлетворение на лице Кати я видела более отчетливо. — Думаю, хуже не сделаю.