Платова побледнела и встала, отчего я сделала вывод, что она не всё рассказала, впрочем, как и Бармалей. Но хотя бы теперь понятна причина его осведомлённости об жизни этой женщины.
— Не ждали?! — вопрошал Бармалей, волоча висевшую на руке служанку.
— Господи! — Платова прикрыла ладонями лицо.
— Не бойся, Ольга Петровна, я ненадолго! — заверил пьяным голосом Бармалей. — Только вот свою подшефную проведаю… А то меня твои обормоты напоить решили и за дверь выставить, — с этими словами он погрозил в пустоту пальцем свободной руки и заверил: — Не выйдет!
— Может проводить? — промурлыкал из-за руля Макс.
— Сами с усами! — отвязано отозвался с заднего сиденья Бармалей.
Я поморщилась. В дорогу он прихватил из бара бутылку виски и теперь благоухал так, что как только встали, и прекратилась принудительная вентиляция, салон наполнился парами алкоголя.
Была глубокая ночь. Свет в доме горел лишь в нескольких окнах.
— Так проводить или нет? — допытывался Макс.
— Не стоит, — сказала я. — Кстати, а почему тебя зовут Макс, если имя Сергей?
— Фамилия у меня Максимов, — объяснил он.
— Теперь ясно! — произнесла я, размышляя, как быть с Бармалеем. Вести его к люку, в который он свалится и сломает себе что-нибудь, у меня не было ни желания не смелости. Забрать его домой решится только сумасшедший ну а отдать на хранение до утра Мишке, тоже утопия. Наверняка сосед спит богатырским сном.
«Не пропадёт!» — заверила я себя и вышла из машины.
Я уже дошла до подъезда, когда вдруг поняла, что Бармалей увязался следом.
— Ты куда? — спросила я.
— Ик! — громко икнул он, попытался приложиться к горлышку бутылки, но промазал и вылил себе на грудь приличную дозу виски.
Я вдруг вспомнила, как Бармалея втолкнули в подвал, и с каким восхищением рассказывала про его визит с ножом Платова. Возникшее вслед за этим желание сделать для этого человечка что-то хорошее я подавила в себе.
— Поросёнок! — вырвалось у меня.
— Сама свинья! — выпалил он и снова икнул.
— Дурак! — Я приложила магнитный ключ к замку и проскользнула в открывшиеся двери. Бармалей не успел. Он промазал и врезался в другую створку. Раздался грохот и маты.
Мне стало смешно. Некоторое время я стояла и прислушивалась к воплям доносившимся снаружи.
— Дура неблагодарная! — вопил возмущённо Бармалей. — Я ради неё на смерть пошёл, а она перед носом… У-уу!
Так и подмывало, подняться на лестничную клетку и посмотреть в окно. С трудом подавив в себе это желание, я подошла к лифту. Войдя в кабину, я вдруг пожалела, что отказалась от предложения Макса проводить меня. В доме было всего шесть этажей, и я отчего-то решила, что лучше будет, если я спущусь по лестнице сверху. Не знаю, что подвигло мною надавить на кнопку с цифрой «шесть», но теперь могу сказать точно — провидение.
Я вышла на шестом этаже. Створки лифта сомкнулись, и воцарилась тишина, в которой раздался шёпот:
— Почему тихо?
Я зажала рот рукой, чтобы случайно вырвавшийся крик не выдал меня. Ноги стали словно ватными.
«Господи! Меня ждут! Ну конечно! — метался в голове бешеной белкой вопрос. — Какая я дура!»
— Странно! — пробормотал другой голос.
В тот же момент я услышала, как кто-то стал тихо подниматься по лестнице.
Что делать? — засвербел вопрос. — Бить, стучать в двери и поднимать тревогу? Точно! Надо начать кричать: «убивают», «насилуют» и «помогите». Погоди! — одёрнула я себя. — На такие крики точно никто не выйдет. Кому охота если не получить пулю, то оказаться свидетелем происшествия? Легче утром объяснить на обходе участковому, мол, спал как убитый и ничего не слышал. Лучше кричать: «Вы меня затопили!» Но дальше идеи я не продвинулась, а продолжала стоять и слушать сквозь стук сердцебиения тихие шаги. Вот хрустнул сустав. Потом человек замер. Снова стал подниматься.
«Господи! Он уже, наверное, слышит, как стучит моё сердце!» — ужаснулась я, про себя отметив, что злодей поднялся уже до Мишкиной квартиры. Дом был старый, и лестница прямоугольной спиралью огибала шахту лифта.
«Может заскочить в лифт и спуститься? — подумала я. — А что? Там во двор и бежать! Точно!»
Однако я тут же усмехнулась собственным мыслям. На каблуках я даже не успею выбежать со двора.
И тут меня осенило. А что если прикинуться пьяной, которая не может попасть домой?! А что? К тому же я и так прилично выпила. Если хмель выветрился то запах остался.
Я торопливо открыла сумочку и достала ключи. Связка была массивной. Я подняла её над головой и уронила под ноги. Раздался металлический звук.
— Чёрт! — выругалась я громко. — Не падай!
Я надавила на звонок одной из двери и, старясь подражать сильно выпившей женщине, что есть сил, завопила:
— Колька, открывай, мама пришла!
После этого я присела и подняла связку. Снова выпрямилась, надавила на кнопку ещё раз и стала колотить в дверь. В квартире что-то стукнуло. Уверенная, что сейчас со мной будут говорить только через двери, я шагнула к соседской двери и всё повторила.
— Открывай! Колька! Мамка пришла!
