Земля. Недалекое будущее.США и Россия создают Совладение. Первый корабль с «движителем Олдерсона» покидает Солнечную систему. Основаны первые межзвездные колонии. Вооруженные силы США и России объединяются в Космический флот Совладения…Начинается великий Исход — эра колонизации космоса. Медленно умирает Земля. Будущее принадлежит колониям, выживут только люди, УМЕЮЩИЕ делать это ПРОФЕССИОНАЛЬНО.Такие как командир легиона наемников Джон Кристиан Фалькенберг!Примечание автораЭти романы представляют собой часть цикла «истории будущего», в котором происходит действие «Мошки в зенице Господней»; он описывает события, предшествовавшие этому роману.Сражение в XIX главе части второй «Легиона Фалькенберга» основано преимущественно на реальном опыте Корейской войны лейтенанта императорской гвардии Эфиопии Зенеке Асфоу.
Герману Ли, сержанту армии США, и Зенеке Асфоу, второму лейтенанту батальона Кегнью императорской гвардии Эфиопии
Младшим офицерам повсюду
1969 Нил Армстронг ступает на поверхность Луны, спутника Земли.
1990–200 °Cерия договоров между США и Советским Союзом создает Совладение.
1995 Усиливается националистическое движение.
1996 Французский Иностранный легион становится основой Вооруженных Сил Совладения.
2004 В Калифорнийском технологическом институте создается движитель Олдерсона.
2008 Первый исследовательский корабль с движителем Олдерсона покидает Солнечную систему.
2010–210 °Cпецслужбы Совладения прилагают серьезные усилия для свертывания технологических разработок с возможным военным применением. Им помогают организации нулевого роста. Большая часть научных исследований прекращается.
2010 Открыты пригодные для обитания планеты. Начинается их коммерческое использование.
2020 Основаны первые межзвездные колонии. Вновь созданные космический флот и морская пехота Совладения поглощают первоначальные Вооруженные Силы.
2020 Начинается период колонизации — Великий Исход. Первыми колонистами становятся диссиденты, недовольные и добровольцы-авантюристы.
2030 В Москве родился Сергей Лермонтов.
2040 Бюро Переселения начинает массовое насильственное переселение колонистов.
2043 В Италии, в Риме, родился Джон Кристиан Фалькенберг III.
2060 Продолжается рост националистического движения.
Лисандр смотрел вниз сквозь оранжевые облака. Поверхность еще не видна, клочья облаков пролетают мимо и застывают алмазами на кончиках крыльев посадочного корабля. В пассажирской каюте необычно тихо. Лисандр отвернулся от иллюминатора и посмотрел на своего спутника, молодого человека лет двадцати, очень на него похожего.
— Скорость около 25, — сказал он, но тут же поправился: — Быстрее. Быстрее звука, Харв. Гораздо быстрее.
Харв наклонился, пытаясь посмотреть в иллюминатор.
— Не вижу землю.
— Еще какое-то время ее не будет видно. В книге говорится, что Танит большую часть времени покрыт облаками. И здесь жарко.
— О. Жару я не слишком люблю. — Харв слегка улыбнулся и откинулся в сиденье.
Посадочный корабль резко накренился, затем наклонился снова. Неожиданное ускорение подняло двести с лишним пассажиров из кресел, потом бросило назад. Лисандр вспомнил сухой голос своего инструктора: тот объяснял, что дельтообразные крылья корабля теряют скорость на поворотах. Лисандр прекрасно усвоил это вначале на учебном имитаторе, а потом и на практике, во время посадок. Он выглянул наружу. Посадочной шлюпке придется затратить очень много энергии, прежде чем она сможет сесть в одном из защищенных заливов Танита.
Десять поворотов спустя, корабль опустился ниже облачного покрова, и Лисандр смог увидеть поверхность планеты.
Очень похоже на изображения с видисков. Зеленые и желтые моря, узкие заливы, глубоко врезающиеся в яркую зелень суши. Земля и море перемешаны — настоящий лоскутный коврик.
Харв наклонился к нему, чтобы тоже посмотреть.
— Кажется… кажется, поверхность ровная.
— Ровная. Вся планета.
— Никаких гор, принц?
— Нет. Как Земля в каменноугольный период. Ни гор, ни снега, ни ледников. Поэтому здесь повсюду так жарко.
— О. — Харв пытался выглянуть в иллюминатор. — Я вам мешаю?
— Нет, все в порядке. — На самом деле Лисандру не нравилось, что Харв перегнулся через него, но он никогда бы этого не сказал. Харв Миддлтон страшно переживал любое замечание со стороны своего принца, хоть они и члены Братства.
Посадочный корабль скользил над болотами и низинами, на каждом повороте теряя скорость. Наконец он сделал вираж над цепочкой холмов, которые поднимались на берегу морского залива. Холмы были покрыты низкими зданиями, размещенными в ячейках решетки прямых широких улиц. Город остался позади, корабль спускался все ниже к зеленому и желтому морю. Потом снова резко повернул.
— Налогоплательщики, мы приближаемся к Ледерле, столице Танита. Пожалуйста, оставайтесь на местах и не расстегивайте ремни, пока мы не причалим к пирсу. Товарищи… — Сообщение повторили по-русски, затем еще на нескольких языках.
Они спускались на воду. Слева от них поднимались низкие холмы, приютившие Ледерле и его пригороды. Корабль спускался все ниже и наконец коснулся воды. В иллюминаторы брызнула пена.
«Мы на месте, — подумал Лисандр. — Танит. Тюремная планета Совладения».
Жара накатывала на пристань тяжелыми волнами, вдвойне неприятными после кондиционированного воздуха посадочного корабля. Таможня размещалась в рифленом металлическом ангаре, здесь орудовали три мрачных скучающих работника в грязных белых холщовых комбинезонах; за ними присматривал клерк в синем пиджаке свободного покроя с нашивками СВ на эполетах. Клерк внимательно проверял документы, заставляя каждого пассажира смотреть в устройство для считывания радужной оболочки глаза, а его подчиненные в это время просвечивали рентгеном багаж.