Потому что уже следующий нож что он метнул с колена, полетел куда угодно, но только не в противника, а последний из связки и того упал ему едва ли не под ноги, а сам парень завалился навык. Бандит же поняв, кто его едва не убил взбесился окончательно и с трудом поднявшись, начал хромать в сторону Шона, снова достав свой нож.
Александр смотрел на это с бессильной, но всё более закипающей яростью. Рука, дрожавшая как от лихорадки, казалось стало абсолютно самостоятельной и продолжая опустошать тепло вокруг себя, начала оторваться от земли создавая сначала одну потом вторую, третью искру. Когда же рука, наконец, начала смотреть в спину мужчине, искр стало пять, и они были столь послушны, будто ручные. Благодаря этому искры легко выстроились в линию и спустя пару мгновений выкачав, как показалось Лукастову, всё тепло внутри, загорелись единым темно-изумрудным огнём создав небольшую иглу сантиметров двадцать длиной.
Эту стрелку Александр и метнул в противника в последнем усилие прежде чем окончательно упал на землю. Сама же стрелка понеслась вперед почти без шума и лишь тихий треск мог выдать её полет. Возможно так и произошло ведь враг в последний мгновение дернулся и немного присел, но это и стало ошибкой. Летевшая низко стрелка что ещё совсем недавно не представляла почти никакой реальной угрозы, внезапно оказалась прямо на уровне горла, которое ко всему прочему ещё и оказалось повернуто боком к Лукастову.
Кожу человека новосозданное заклинание проигнорировало полностью и прошла как масло вплоть до костей, которые смогло лишь немного подкоптить. Но мужчине хватило и этого, и он дернувшись как удара захрипел схватился за поврежденный участок, начал заваливаться вбок.
Так и закончился этот странный поединок, только вот его последствия оказались не слишком приятными для Александр. Ведь Шон, который находился в палатке не только видел, как принц его страны творит заклинания, но и печать которая ярко светилась на предплечье Лукастова. По принцу следовало что-то сделать или сказать, но последние действия окончательно выпили из него силы. У Александра даже пар изо рта вырывался при дыхание.
А Шон тем временем шатаясь, но всё же смог подняться на ноги. Глаза его неотрывно смотрели на лежащего и тяжело дышащего принца и поэтому он заметил нож у себя под ногами, только сделав шаг вперед. Неуверенно подняв его Шон сделал очередной шаг по направлению к Александру. Но как выяснилось цель его была другой и нож, который был поднял с земли мальчишка воткнул в дыру на шее нападающего. Этим ножом он ковырялся в ране пока из неё не стала активно течь кровь, запачкав как лезвие, так и кожу бандита.
Сам же Шон добившись нужного вида потянулся за другим орудием, но уже в руке бандита и с некоторым усилием, вырвал его из сведенный конечностей. С этим клинком он и пошёл в сторону, всё также лежащего на земле Александра.
Когда же он подошёл на расстояние удара, Лукастов, наконец, смог собраться с силами и произнести: - Продуманный… ты ублюдок…
А Шон же просто преклонил перед ним колено, и поднятое лезвие блеснуло в свете местного солнца, который просачивался сквозь прорехи, оставленные бандитами. Александр же просто закрыл глаза и приготовился к уже второй смерти.
В чувство Александра привела жуткая боль от вонзенной ему в левую руку стали и отчетливого проворота, который исполнил Шон. Продолжая ругаться на родном языке, он открыл глаза и попытался вскочить из положения лежа. Однако ему это сделать не позволила руку мальчишки, который продолжал прижимать его к земле.
- Какого…б****!!!... ты делаешь?!!! Если так не нравлюсь, просто убей!!! …****** ***** **** - кричал он, смотря прямо в глаза своему мучителю.
- Простите… милорд -глаза парня забегали из стороны в сторону, а лицо и так бледное стало почти восковым: - …мне говорили… боль… скрывает магию. А печать… надо… скрыть… - и бросив очередной взгляд на предплечье принца вынул лезвие ножа из руки.
Лукастов также посмотрел на свою руку и внезапно понял, что план сколь бредовым он не казался, сработал. Боль действительно заставила потухнуть его отметину и ничего больше не указывало на то что здесь ещё несколько секунд назад творилась весьма… специфическая магия.
- Почему? - он снова посмотрел на Шония: - …едрить… больно то как… тебе сказок что ли в детстве не рассказывали?
- Рассказывали… -всё больше дрожа ответил ему мальчишка, пытаясь приподнять принца с земли: - Но… но… вы… ты… дед часто говорил, что лгут много и… рядом с такими можно много достичь… Да и благодаря вам мы смогли… заплатить лекарю и вылечить мою мать… и сестер… я не могу иначе…
- Всё равно… тебя… никто бы не осудил… - преодолевая боль ответил ему Лукастов, наконец, сев.
- Меня дед воспитывал… - помолчав сказал Шон: - Он бы мне голову открутил за предательство благодетеля… а вы благодетель…
