– Я так учтив и заботлив лишь для того, чтобы войти в доверие, – продолжил Дэмиан, обнимая свою подругу. – Это Дитя Света начинает доверять мне. У меня получается смущать её разум и сердце. Ещё немного и она пустит меня в свою жизнь. А там, возможно, я и воспользуюсь плодородной почвой доверия.
И Дэмиан рассмеялся.
– Но ты, моя маленькая фурия, можешь всё испортить своими приступами ревности.
– И она слушает тебя? – удивлённо спросила вампирша.
– Я же сказал, что начинаю втираться к ней в доверие.
– Она глупее, чем я думала, – рассмеялась Элеонор.
– Её наивность и вера, что можно всех исправить и вернуть на путь «истинный», когда-нибудь сыграет нам на руку.
Элеонор окинула горящим взглядом своего повелителя и жестоко улыбнулась. В её глазах плясали адские огоньки. Она уже представляла, как её господин высасывает всю кровь из Дитя Света, как та просит о пощаде, но безжалостные клыки Принца Тьмы раздирают её плоть живьём на части. А над Светлой, утопающей в собственной крови, стоит она, Элеонор, – единственная и вечная любовь Принца Тьмы.
Дэмиан почувствовал огонь, разгорающийся внутри верной подруги и, не удержавшись, пылко поцеловал её в губы.
Элеонор обхватила руками мощный торс своего господина и со всей страстью ответила на поцелуй.
И началась пляска адского огня. Дикая страсть захлестнула обоих. Жаркие поцелуи и ласки двух бессмертных существ высекали искры из тел. Дэмиан разорвал всю одежду на Элеонор и стал буйно ласкать её тело языком. Она в порыве страсти укусила Принца Тьмы в шею и брызнула алая кровь. В крови, в адском пламени и дикой, животной страсти два тела сплелись в одно целое, достигая вместе высшего апогея наслаждения. Элеонор извивалась как змея в жарких объятиях своего господина. Дэмиан доводил её до исступления, но не отпускал жертву своей страсти. Ненасытный во всём: в убийствах, в жестокостях, в крови и сексе, он довёл свою возлюбленную до самых высших высот наслаждения и чувственности, но на этом не остановился. Он ласкал её снова и снова, погружая в пучины адского пламени, а она вырывалась, не имея сил выносить эту сладость дикого огня. Но Дэмиан был беспощаден. И только когда красавица-вампирша, изнемогая от удовольствия, обомлела в его объятиях, Дэмиан прекратил свою бешеную скачку, вдоволь насытив свои животные потребности. Посреди Загробного царства были два голых тела, а вокруг только кровь и мрак.
Элеонор, очнувшись, с восторгом посмотрела на своего господина. Он один был смыслом её проклятого бытия, он один мог дать ей источник бесконечного удовольствия и счастья. И он был единственным, за чью любовь Элеонор была готова с лёгкостью отдать свою бессмертную жизнь.
