На его лице мелькает масса эмоций – удивление, тревога, сожаление… и неизменное обожание. Я поднимаю руку, и Морфей вздрагивает, словно в ожидании удара. Но вместо этого я глажу его щеку и необыкновенно выразительные камни вокруг глаз, а затем поднимаюсь на цыпочки и прижимаюсь губами к его губам. Знакомый аромат и тепло окутывают меня. Морфей стонет и ладонями касается моего лица, пытаясь углубить поцелуй, но я отстраняюсь.
– Я люблю тебя, – шепотом говорю я.
Он должен узнать правду, прежде чем я убью его.
Морфей удивленно открывает рот. Изящные черты, подчеркнутые синевой волос, поблескивают от влажного тумана. Передо мной распахиваются глубины глаз – океаны страсти, надежды и неудержимой радости. Я вижу в них просторы Страны Чудес… удивительные виды королевства, которым я рождена править. В прошлом меня увлекло бы в эти чарующие бездны, и я поплыла бы по течению вместе с Морфеем. Но сейчас нежные чувства мне недоступны.
Когда Морфей открывает рот, чтобы заговорить, я касаюсь пальцем его губ.
– Это любовь причиняет мне такую боль, – говорю я, и мой голос звучит сильно и решительно. – Я верила тебе, а ты предал меня.
Он мрачнеет, а я дрожу от негодования – такого мощного, что сдержаться невозможно. Я впитываю дремлющие силы Червонной Королевы и выпускаю из своего тела лозы, приказав им слушаться меня.
Я выбрасываю побег, хватаю Морфея за горло и поднимаю высоко над землей. Его ноги болтаются, крылья беспомощно хлопают.
– Я была настолько наивна, что рассказала тебе, где Джеб…
– Алисса, подожди, – хрипит он и пытается ослабить лозу, которая сдавливает ему трахею и сонную артерию.
– А ты просто выдал его. Как ты мог поверить им? Ты играл жизнью Джеба – после того как он подверг себя опасности, чтобы спасти твою шкуру…
У меня снова текут слезы – слезы гнева и досады. Словно в знак сочувствия небо разверзается, и холодный дождь смывает с моих щек горячую соленую влагу. Я слизываю ее с губ.
Под тяжестью Морфея я покачиваюсь. Пульс бьется в два отчетливых ритма, и дышать больно. Временная власть Червонной Королевы над моим двойным сердцем сейчас так же слаба, как она сама. Лозы двигаются только потому, что я пользуюсь ее силой.
Я не обращаю внимания на сигналы, которые подает тело, и затягиваю удавку. Горло Морфея вздувается. Он хватается за плющ, который его душит, и отчаянно пытается вздохнуть. В его глазах я вижу нашего сына, и во мне шевелится сострадание, которое грозит меня смягчить; но королева вкусила мести. Она опьянена.
– Ты ничего не сможешь сделать, – мрачно произношу я. – Ничто не заставит меня проявить милосердие.
Морфей впивается ногтями в лозу; ему удается втянуть глоточек воздуха и выговорить три слова:
– Ты… Страна Чудес.
Я ослабляю удавку Морфея – ровно настолько, чтобы он мог вздохнуть.
Он жадно глотает воздух.
– Я… – он кашляет. – Всегда… – судорожный вдох, – буду действовать ради твоего блага.
Я смаргиваю дождь и слезы с ресниц.
– Джеб мертв!
От крика напрягается не только горло, но и лозы, обвившиеся вокруг моего сердца. Накатывает дурнота, и я пошатываюсь, но тут же собираюсь с силами и подтягиваю Морфея ближе. Из-под моей кожи вырываются еще лозы и обвивают его от пояса до груди.
– Где тут мое благо?! Отвечай!
– Эл…
Это слово доносится из-за моей спины; его издают не сдавленные голосовые связки Морфея. Я убираю лозу, которая держит его за шею, но прочие остаются на месте. Я не решаюсь обернуться, боясь, что мне мерещится…
– Слушай, я понимаю, что от жучары одни проблемы.
Знакомая сильная рука касается моего обнаженного локтя. Раны вспыхивают огнем.
– Но лучше обойтись мухобойкой. Опусти его, хорошо?
Морфей не сводит с меня взгляда. Он расплывается в самодовольной улыбке.
– Я же тебе сказал.
Он глядит поверх моей головы и снова втягивает воздух.
– Блин, ну ты живучий.
Мои ноги дрожат. Я ставлю Морфея наземь. Лозы прячутся под кожу, а я поворачиваюсь на каблуке.
На меня смотрит ТК. Он одет в рыцарскую тунику. На плече у него сидит Чешик и ухмыляется от уха до уха. Еще два создания Джеба стоят под защитой галереи, чтобы не намокнуть. Опустив крылья, они ждут дальнейших приказаний.
Я в изумлении наблюдаю, как ТК преображается под дождем.
Рукава его туники закатаны, и на внутренней стороне правого запястья из-под слоя краски телесного цвета начинает появляться светящаяся фиолетовая татуировка. Острые кончики ушей, заплатка на глазу, в форме сердечка, рана на левой скуле тоже исчезают. Фарфоровая кожа стекает потоками краски, обнажая оливковое тело. Всё это – раны, чудовищное глазное яблоко, драгоценные камни и эльфийские уши – было нарисовано… и стало настоящим по приказу Джеба.
Они с Морфеем каким-то образом умудрились совершить подмену. Джеб занял место своего двойника.
Они одурачили всех. Считая меня.
