Но как может ребенок, рожденный от меня и Морфея, дать силу Червонной Королеве?
– Алисса?
Я, видимо, снова открыла рот, потому что Морфей легонько постукивает меня по подбородку, вынуждая его закрыть.
– Где бродят твои мысли? – спрашивает он.
Я должна сказать ему, что видела нашего сына. Пусть объяснит, как это связано с местью Червонной Королевы. Но нужно в точности припомнить формулировку клятвы, которую я дала Королеве Слоновой Кости. Наверняка ее можно каким-то образом обойти… раскрыть Морфею секрет, на самом деле ничего ему не говоря.
Феи, звеня, возвращаются и сбрасывают мне на голову какую-то шелковистую ткань. Морфей снимает ее; это что-то вроде чехла для одежды. Он мрачно смотрит на фей. Те хлопают в ладони и кружатся в воздухе, ликуя, как будто они нашли клад.
– Озорные феечки, – журит их Морфей. – Я вовсе не это просил принести. Я посылал вас за корзинкой для пикника, не так ли?
Они порхают вокруг моей головы, указывают на меня пальцем, краснеют и надувают щеки, закатывая истерики прямо на лету.
– Ну, наверное, пора ей это отдать, – соглашается он. – Но открою я сам.
Феи собираются в стаю и вцепляются в чехол.
– Ну ладно!
Морфей со вздохом протягивает его мне.
– Что это? – спрашиваю я.
– Будь осторожна.
Я распускаю шнурок, и из отверстия выпирают тысячи блестящих крылышек. Это скорпионовы мухи!
Я издаю вопль.
Морфей отбирает у меня чехол, а в моих ушах звенит смех фей – издевательский перезвон колокольчиков.
– Я же сказал: аккуратно, – ворчит он и стаскивает чехол.
Крылья вовсе не прилагаются к насекомым, они – часть платья. Кто-то с невероятным тщанием нашил их слоями. Острые как бритва края обшиты инкрустированными лапками многоножек безопасности ради. Эта блестящая зеленая бахрома оттеняет основный фон – красно-оранжево-черный. Верх платья – без рукавов, с облегающим корсажем. Юбка доходит до колен.
Слои крылышек переливаются на ветерке и позванивают словно сотни тоненьких цепочек.
Я не верю своим глазам.
– Это сделал ты? Для меня?
Морфей проводит рукой по волосам, так что несколько синих прядей встают дыбом. Они устремляются наверх, совсем как ветви вокруг нас.
– Я знал, что ты придешь, чтобы прикончить Червонную Королеву. Надеюсь, ты наденешь это, прежде чем столкнуться с ней. Никакой другой доспех недостоин твоей опасной красоты.
– Доспех? – Я не в силах отвести взгляда от его взъерошенных волос. – Невероятно. И сколько раз ты рисковал жизнью в процессе?
– Перестань, Алисса. Я умею обращаться с иголкой и ниткой. Шить – это не смертельно.
Я смеюсь, вспоминая наше детство, когда он нанизывал мертвых бабочек на нитку и украшал свои шляпы зловещими гирляндами. Эксцентрическая привычка, от которой он не отказался до сих пор.
– Я серьезно. Ты же мог превратиться в каменную статую. Тебя могли порезать на кусочки. Сколько крылышек понадобилось, чтобы это сделать?
Он жмет плечами.
– Я сбился со счета после тысячи семисот двадцати двух.
Его губы изгибает кривая усмешка.
Я улыбаюсь. Но в чехле лежит что-то еще. Я вытаскиваю пару темно-красных высоких сапог, сделанных вроде бы из кожи, а еще – длинные перчатки и лосины в тон.
– Это всё нарисованное?
– Нет, самое настоящее. Целиком из шкуры филина. Когда они вырастают, то становятся просто гигантскими. Я попросил моего грифона принести мне одного такого.
Морфей откладывает вещи, закрывает чехол и протягивает его феям. Звенящие маленькие существа вновь скрываются среди деревьев.
Я тереблю край юбки.
– Ты не даешь мне расслабиться.
Морфей вдруг подхватывает меня вокруг талии.
– Значит, пора изменить стратегию. Моим намерением было сбить тебя с ног.
Прежде чем я успеваю спохватиться, он приподнимает меня – мои ноги болтаются на уровне его голеней. Морфей кружится, окутав нас обоим крыльями. Мир вертится у меня перед глазами, и я хихикаю.
– Я хочу подхватить тебя на руки и кружить, пока мы оба не упадем, – шепчет он, уткнувшись мне в шею, и мы валимся наземь, запутавшись в крыльях.
Мое тело ноет от удара, но это восхитительно приятная боль. Я едва могу дышать – от того, что Морфей всей тяжестью навалился сверху, от запаха табака, который окутывает меня, душа и опьяняя. Его улыбающиеся губы скользят по моей ключице, и я ахаю от этого бархатистого прикосновения. Я заставляю Морфея откинуть голову, чтобы посмотреть на него… разрушить чары.
Он стаскивает украшенный драгоценными камнями обруч с моей головы и отводит с лица выбившиеся пряди. Пальцы в скользких перчатках гладят узоры вокруг моих глаз.
– Я хочу целовать тебя в губы и дышать твоим дыханием, – негромко говорит Морфей и наклоняется.
До меня доходит, что он воплощает желания, перечисленные в записке, которую он приложил к белью.
Я вспоминаю наш последний поцелуй – каков был на вкус его язык, как воспарил мой дух… и как Джеб грянулся с высоты.
Джеб, который сейчас где-то там с моим папой. Они пытаются проложить нам дорогу в Страну Чудес, к маме. Невзирая на кипящую в нем ненависть Червонной Королевы, он по-прежнему подвергает жизнь опасности, чтобы помочь мне.
Я толкаю Морфея в плечи.
– Я… я не готова.
