Адвокат продолжал расспрашивать, как все произошло, была ли у первого мужа страховка на случай смерти и получила ли вдова по ней деньги. Смит горячо опротестовывал каждый вопрос, и судья Кинкейд его поддерживал. Тогда, пытаясь надавить на Ганнесс, Уорден спросил, не было ли предложений, ввиду подозрительных обстоятельств смерти Соренсона, эксгумировать его тело. Ведь ходили слухи, что он был отравлен. Тут Смит дал волю ярости:
– Я категорически протестую! Это не имеет никакого отношения к делу Лэмфера, которое слушается сегодня. Требую положить этому конец. Миссис Ганнесс, – продолжил прокурор, повернувшись к свидетельнице, – вы поступили правильно, изгнав этого человека из своего дома!
Судья согласился, что вопросы далеки от рассматриваемого дела, и заявил, что, по его мнению, Уорден может свидетеля отпустить. Белль собралась было уйти, как прозвучал еще один вопрос:
– Минуточку! Миссис Ганнесс, а когда вернется домой ваша дочь Дженни Олсон?
Судья немедленно предупредил Уордена, что тот «отнимает время не относящимися к делу вопросами».
Белль, сохранявшая до того момента невозмутимое спокойствие, вдруг разволновалась. Кинкейд не нашел в ее реакции ничего необычного. Порядочной женщине тяжело выслушивать подобные намеки. Вскоре он, правда, придет к совсем другому выводу: острые вопросы Уордена наложились на страх, вызванный письмами Асле Хельгелейна о брате, и она испугалась разоблачения8.
Лэмфера признали виновным и присудили штраф – пять долларов, а также возмещение судебных издержек. Таким образом, ему нужно было заплатить 19 долларов и 1 цент. Расходы взял на себя фермер Джон Витбрук, у которого Рэй в то время работал. Но Белль не оставила в покое бывшего батрака и отставного любовника. Меньше чем через неделю за проникновение на ее участок Лэмфера опять арестовали9.
Его поместили в окружную тюрьму, а Белль в это время получила еще одно встревоженное письмо от Асле Хельгелейна. Отвечая 24 апреля, она пишет, что сама хотела бы знать, где Эндрю, обещает «рассказать все, что ей известно» и опять повторяет все, что писала раньше, добавляя некоторые незначительные подробности. Когда точно Эндрю прибыл в Ла-Порт, она не помнит, но это случилось 15 или 16 января. Вот ее ответ:
Отвечая Асле, который решил приехать в Ла-Порт на поиски брата, Белль уверяет, что готова на любую помощь, хотя и не знает, «что может для этого сделать».
Письмо ушло адресату, а на следующий день Рэя Лэмфера опять задержали. По свидетельству миссис Ганнесс и ее одиннадцатилетней дочери Миртл, бывший работник снова проник на ферму. А несколькими днями раньше его застали в загоне для свиней. Мать и дочь были в нескольких шагах, когда Лэмфер на их глазах «хладнокровно перерезал проволоку, вырвал столб забора и, убегая, унес его с собой»10.
