Я не выдержала, выскользнула из-под руки Нара и мягко взяла её за плечи. Девушка беззащитно прижалась ко мне, я обняла её.
- Даже Танислава ласковей, чем ты! - буркнула она, пряча лицо у меня на плече. - А она меня пять минут знает.
- Она со всеми ласкова, - Нар закрыл глаза. - Со всеми, кто не сделал ей плохого. Такой уж она уродилась.
- Да уж, - фыркнула Лайра. - Таниславе наверняка не придёт в голову сказать сестре, что та глупа и поверхностна!!
Нар вздохнул:
- Я не умею лгать.
Его сестра надулась:
- То есть я глупая и поверхностная?
- Иногда бываешь.
Она молчала, и я отпустила её.
- Да, мне лучше, спасибо, Танислава. Какое у тебя красивое имя!
- Спасибо, - смутилась я, невольно подумав, что, кажется, надо предупредить её…
- Не бойся, ей это безразлично, - успокоил меня Нар и вздохнул: - Не пытайся, на всех не угодить. Хотя, ты всё равно думаешь, что все, кого ты встречаешь - хорошие, и боишься их обидеть. Это ужасно наивно.
- Я думаю, что БОЛЬШИНСТВО хорошие, - уточнила я немного обиженно.
Нар чуть улыбнулся, открыл глаза и посмотрел на меня:
- И я?
- А почему нет? - удивилась я. Он сел и, продолжая улыбаться, спросил:
- Ты слышала, как мы ругались с сестрой, обижаешься на меня из-за мелочей, но при этом всё равно считаешь, что я хороший?
- Да. А ещё… мне тебя жаль, - я смутилась и опустила глаза. Сказанула! Мужчин нельзя жалеть, они вечно самые сильные, самые крепкие, самые… Нар прервал мои размышления, повернувшись и невозмутимо пристроив голову мне на колени. Хорошо устроился?! Что она о нас подумает?!
Нар проигнорировал мой мысленный призыв и сказал, укоризненно глядя на сестру:
- Знаешь, почему я попросил Станиславу остаться, хотя на дух не переношу женщин? - и, не дождавшись ответа, пояснил: - Ей плохо и больно, но она при этом жалеет меня и думает обо мне очень тепло. За тебя, она, к слову, тоже искренне переживает, хотя увидела первый раз пять минут назад. Она добрая. А ты никогда не думала о том, каково
Мнда… Кажется, надо внести поправку в мои знания о мужчинах. Поправку по имени Нар. Первый раз мужчина при мне признаётся, что ему нужно, чтобы его пожалели. Кажется, он мне всё больше нравится. Как бы объяснить…
- Просто я узнала тебя сегодня, и для меня ты такой, какой ты есть сейчас, - пожала я плечами.
Нар посмотрел на меня, поднялся и сел рядом, обнимая меня одной рукой за плечи и притягивая к себе.
- Я пойду, - пробормотала его сестра, отворачиваясь. - Я вообще-то пришла позвать вас на чай, Нар знает где.
Он замер, а она быстро поднялась и ушла. Нар грустно посмотрел на меня, погладил кончиками пальцев мою щёку:
- Я не хочу, чтобы ты уходила. Но тебе пора. Ладимир ждёт и после чая заберёт тебя.
- Я могу остаться, Ладимир не решает, что мне делать, - раздражённо отозвалась я.
Нар спокойно кивнул, уложил меня на траву и медленно лёг рядом, пристроив голову на моём плече.
- Как ты замечательно устроена! Мне очень удобно, - беззаботно заявил он. Я засмеялась.
- Рада, что ты хорошо устроился, хотя ты не слишком-то лёгкий, болтаешь, и волосы у тебя длиннющие! - я взяла одну прядку и пощекотала кончиком его по носу.
- Хочешь, я их обрежу? - предложил Нар.
- Не надо! Меня всё устраивает в тебе, - я вздохнула, - Только, пожалуйста, не будь таким жестоким со своей сестрой.
- Скажи, почему мы с ней ругаемся? - безнадёжно спросил он. - Я пытаюсь сдерживаться, потому что люблю её, но… но не получается.
- Потому что ты не можешь простить ей, что она якобы любила брата больше, чем тебя, а она не может простить тебе, что ты выжил, а он в какой-то степени умер, - предположила я и сказала честно: - И то, и другое одинаково глупо. Она тебя любит. Если твоя возможность чувствовать до сих пор этого тебе не сказала, то она никуда не годится! Доверься моей!
- Доверяюсь, - усмехнулся он. - И я рад, что тебе со мной хорошо, что ты не боишься меня и не смотришь, как на уродца, шутку магии. Почему ты такая добрая со мной?
- Ты хороший, - по-детски сказала я. - И потом, мне показалось, что я тебе нужна.
- Спасибо, - удовлетворённо сказал он. - Я не смог бы тебе сам признаться, но ты действительно для меня - как глоток чистого воздуха после пыли подземелий.
Сказать, что мне польстило такое сравнение - значит, ничего не сказать! Нар неожиданно сел, посмотрел на меня и вдруг усмехнулся и положил руку на мою грудь.
- Как там… «он сжал своей широкой ладонью нежный и упругий холмик»?
Я смущённо засмеялась (чего это он?! вроде я его не интересовала!) и убрала его руку:
- Это была книга Адима!
Нар захохотал, потом неожиданно покачал головой и сказал:
