Тео все это время, пока я возмущалась, внимательно смотрел на меня, не говоря ни слова. А после того, как я закончила, молчал пару секунд, затем тронул мою щеку и, проведя по ней пальцами, приблизился ко мне. Его губы соприкоснулись с моими, я закрыла глаза, ощущая, как тепло разливается по всему телу. Чувствовала его руку на своей талии, как он мягко, и в то же время настойчиво прижимает меня к себе, ощущала его будто призрачный запах. Короткие волосы Тео скользили то и дело по моей щеке, я обняла его за шею. Мы целовались медленно, растягивая каждую секунду, мои губы вспоминали его губы, а тело отзывалось на прикосновения. Поцелуй с Тео не был похож ни на один другой. Никто не мог сравниться с ним.
Наш поцелуй становился все более быстрым и страстным, с покусыванием губ, игрой с языком, и моими стонами ему в рот. Меня то и дело окатывало то горячей, то холодной волной. Его пальцы скользнули по моей шее, провели по ключицам, по ложбинке на груди, проникая под платье, и я снова ахнула, не понимая, как я могла так быстро завестись, ощущая приятную теплоту, его желание и страсть. Но внезапно Тео оторвался от меня, а я вздохнула. Его глаза горели неистовым огнем, когда он смотрел в мои. Я видела, что Тео хотел меня здесь и сейчас (и я бы ему отдалась), но его что-то останавливало! Вот незадача!
А я так хотела в своем прежнем облике побыстрее вновь начать чувствовать то, что чувствует любая женщина.
— Виктория, ты выйдешь за меня? — проговорил он вполголоса.
С места в карьер! Я открыла рот от неожиданности и вытаращила глаза, не зная, что ответить. Поэтому просто говорила:
— Ты хочешь…
— Да, я хочу, — проговорил он своим низким сексуальным голосом, от которого у меня пошли мурашки по коже. Он был так опасен и, в то же время, совершенно безоружен.
Я помолчала какие то доли секунд, заставляя себя открыть рот и ответить ему, а не просто смотреть в его глаза, ощущая, что мне не хватает воздуха.
— Да… да, я согласна! — теряя голос, ответила я и сразу ощутила губы Тео на своих.
— Мы поженимся… Прямо сегодня вечером… — проговорил он мне в губы, часто дыша, заставляя меня дрожать с ног до головы.
Да, Виктор, а на тебя такого влияния не было! Счастливый ты был человек!
Тео подхватил меня и направился вон из беседки.
Господи, я думаю, наша первая брачная ночь будет похлеще той, когда мы занимались любовью втроем.
Что ж, вот и все! Моя судьба решена! Я, Виктория Роана (то есть Котонэ Такаги) из Роаны (точней, из Асакуры) выхожу замуж (по-настоящему!) за Теодора Лаэриса из Эрмеанда сегодня вечером!
Кажется, мне плохо… и голова кружится…
…от счастья.
Опуская всякие скучные подробности приготовлений к свадьбе, саму свадьбу, пир и танцы, перейду сразу к тому, что было после. Мы с Тео (он — в черном костюме плаще и княжеском головном уборе, я — в бордовом роскошном платье с золотой диадемой в рыжих волосах, инкрустированной рубинами) покинули веселящихся эльфов на городской площади и устремились назад в замок, переговариваясь и улыбаясь. Я прижималась к нему, и в груди у меня поднималось волнение в предвкушении того, что должно было произойти через несколько минут. Стало холодно, поэтому Тео накинул мне на плечи свой плащ, оставшись во фраке. Двери замка перед нами распахнулись, и мы вошли внутрь.
Двери за мной закрылись с едва заметным стуком. Я прошла на середину комнаты, осматривая ее в полумраке, созданном одними лишь благоухающими розой свечами. я вздрогнула, когда ощутила за спиной Тео, его прикосновения к моей коже, его дыхание, обжигающее кожу. Он убрал мои локоны вперед и снял с меня цепочку. Затем начал расстегивать тугой корсет, от которого я настолько отвыкла, пока была Виктором, что теперь почти задыхалась. Губы Тео время от времени касались моей шеи, мягко, едва-едва, так, что кожа у меня от этого становилась гусиной.
Корсет упал, и я шумно вздохнула. Просто не сдержалась. Но, похоже, это распалило Тео. Не успела я перевести дух, как он уже запрокинул мою голову назад и запечатлел поцелуй на моих губах. Его сильная рука обхватила мою шею, но мне было не страшно.
— Ты моя, полностью моя… Виктория… — шептал мне в губы Тео, второй рукой спуская с моего плеча красивое, но тяжелое платье, затем с другого…
— Только твоя… — отвечала я в очень коротких перерывах между поцелуями.
