В комнате был приглушённый свет. Нависала устрошающая тишина, которая в сочетании с переодическими раскатами грома, приводила в ужас. За окнами замка всё ещё бушевала непогода. Дождь никак не остонавливался и не сбавлял темп. Казалось небеса решили обрушить на землю весь годовой запас влаги за один день.
Анабелла тонула в тумане боли и забытья. Иногда она чувствовала, как ей в спину втирают какую-то вонючую мазь. Несколько раз чья-то рука подносила чашку к ее губам и девушка с огромным трудом делала маленькие глоточки. Принцесса выпивала все, что ей ни предлагали. Обычно это была вода. Но иногда содержимое чашки оказывалось горячим и вкусным.
Однажды она едва не проснулась, почувствовав, что ее переворачивают на спину и чья-то рука осторожно убирает в сторону её волосы. Девушка встрепенулась в смутной тревоге, но очень быстро успокоилась и задремала.
Девушка всё снова и снова проваливалась во тьму. За всё это время она так и не смогла должным образом открыть глаза или проснуться. Анабелла находилась в огонии и ей часто снились сны, а точнее настоящие кошмары.
Дияр оторвался от наблюдения за стекающими по окну каплями дождя и обратил внимание на постанывающую на постели девушку. Служанка укутывала несчастную сразу тремя пледами, но та всё равно продолжала дрожать от озноба.
Дияр полностью повернулся к постели и оглядел девушку, которая сглатывала и дергалась. На её лице виднелись капли пота. Она судорожно поворачивала голову то в одну, то в другую сторону. Никак не приходила в себя. Уже сутки в таком состоянии, а всё никак не просыпается…
Служанка находилась подле девушки, но около часа назад отправилась к себе в маленький домик, находившейся за дворцом. Она жила там. Поскольку хозяин замка не любил, чтобы в его доме постоянно кто-то находился. Он любил бывать один.
Теперь же эта полужевая девчонка в его замка…нарушает покой и тишину. А что будет когда проснётся?! Как только поднимется и будет в состоянии идти, покинет территорию Дияра. И это не обсуждается! Здесь хозяин замка не будет никого слушать.
Девушка скорее раздражала его своим беспомощным видом, нежели вызывала жалость. Дияр всегда отличался от других. Он был особенным. С детства все замечали в нём что-то странное. Он производил впечатление абсолютно равнодушного человека. Совсем не улыбался, не проявлял никакой нежности, мало с кем общался, был нелюдим. Дияр не ощущал никакой физической боли. Ещё он очень подозрительно реагировал на прикосновения. Они его пугали! Складывалось такое впечатление, что эти прикосновения причиняли ему боль или просто неприятные ощущения.
Кто-то думал, что подобные странности для незаконнорожденного ребёнка, осталенного на попечительство дальных родственников, вполне ожидаемы. Другие же предпочитали держаться от него как можно дальше. А бывали и те, кто упрямо твердили, что такому странному человеку не место среди нормальных людей.
Вспоминая об этих неприятных моментах своей жизни, Дияр осторожно подошёл к страдалице максимально близко. Присел на край постели, понимая что с девушкой что-то неладное. Хозяин замка заметил, как сполз один плед и решил поправить его. Двумя руками потянул край одеяла вверх, к самой шее девушки. Только собрался подняться, как она схватила его за руку. Из-за слабости этот жест получился весьма нерешительным.
Дияр чуть вздрогнул от этого прикосновения, замер неподвижно. Ощутил жар и какую-то неопределённость. Девушка отпустила его руку очень скоро, буквально отдёрнула. Вероятно из-за того, что его ладонь всё ещё была ледяной.
Хозяин дворца пристально посмотрел на свою ладонь, потом на девушку и, судорожно вздохнув, поспешил выйти отсюда. Неприятные ощущения…Снова. Он и сам не понимал, почему так реагирует на прикосновения чужих рук. Загадка!
Целую вечность спустя, Анабелла открыла глаза. Жестокая боль притупилась и стала вполне терпимой; теперь можно было двигаться, не боясь потерять сознание. Можно было думать. Но вместе с чувствами пришел и страх, леденящий ужас, так сильно сдавивший ее грудь, что она начала задыхаться. Ее сердце сжалось, руки и ноги налились свинцом. Затем Анабелла стиснула зубы, сглотнула, чтобы ослабить сжавшие горло ледяные тиски страха, и заставила себя сесть. Для страха еще будет время, когда станет известна ее дальнейшая судьба.
Она огляделась. Комната, в которой принцесса очутилась, была чистой, но какой-то невзрачной и тёмной. Тяжёлые шторы, которыми было завещано окно, мешали осознать: сейчас день или ночь?! На деревянном столе были разложены книги, а с кресла небрежно свисала нечто похожее на длинную и широкую шаль или такой необычный плед.
Анабелла с любопытством осмотрелась. Потом поняла, что одета вовсе не в свою одежду. И вот тут паника захлестнула её целиком. Принцесса даже не могла вспомнить, где она и как оказалась здесь? Минуту спустя Анабелла стала припоминать, как в бреду дошла до странного замка и лишилась чувств прямо на пороге. Больше она ничего не могла вспомнить.
