- А что если мой учитель нарисует ещё один портрет? - спросил Джулиано. - Новый мрачным не будет. Или можно сделать портрет господина Ладислава вместе с супругой. - Немного помолчав, итальянец улыбнулся немного виновато. - По правде говоря, придя сюда, я надеялся получить не денег в долг, а получить заказ. Просто не решался сразу переходить к делу.
Теперь он говорил откровенно, и получалось, что Ладислав Дракула и этот юноша-итальянец - впрямь приятели, которые весьма хорошо друг друга знают, и потому им не имеет смысла друг другу лгать: обман быстро раскроется.
Однако для Илоны было бы легче дать денег просто так, а не за работу:
- Нет-нет, - произнесла она прежде, чем муж что-нибудь ответит на предложение гостя, - у меня совсем нет времени позировать. Мне надо заниматься домашним хозяйством.
Тратить время на общий портрет не хотелось и по другой причине. Илона не считала себя красавицей и боялась обнаружить, что на взгляд живописца всё ещё хуже. Живописец, которого Джулиано называл "мой учитель", явно имел склонность к тому, чтобы изображать свою очередную модель без прикрас. По крайней мере, лицо.
Илона не хотела увидеть себя беспристрастными глазами этого художника. Когда смотришься в зеркало, и отражение тебе не нравится, всегда можно чуть повернуть голову, улыбнуться, поправить волосы, и лицо как будто меняется, но это всё равно ты. А на портрете так не выйдет. Глядя на "отражение", которое остаётся неподвижным, как ни крутись, ты со всей обречённостью сознаёшь: "Именно такой тебя создал Бог. Что есть, то есть, и ничего не изменишь". А когда художник рисует тебя лучше, чем ты есть, ты говоришь себе: "Это не я".
- Как жаль! - воскликнул Джулиано. - Вдвойне жаль, поскольку я вижу, что госпожа разбирается в живописи, понимает тонкости. Делать портреты тех, кто понимает и сможет оценить работу, мастеру всегда приятно.
- Нет, я позировать не смогу, - повторила Илона.
- А господин Ладислав? - спросил гость без особой надежды.
Ладислав Дракула засмеялся:
- Нет уж, прости. Мне и в прошлый раз еле хватило терпения, чтобы потакать всем причудам твоего учителя. Вот вместе с супругой я бы согласился, но снова оказаться на картине одному... не хочу.
Джулиано просительно посмотрел на Илону, будто говорил: "Сжальтесь. От вашего решения зависит мой с учителем заработок", - но хозяйка жилища лишь покачала головой.
Молодой итальянец, наверное, был достаточно опытным, чтобы понять главную причину отказа Илоны, но не пытался убедить её в том, что на портрете получится весьма миловидная особа. Говорить о достоинствах её внешности, когда муж сидит рядом, за тем же столом, конечно, не следовало.
В то же время гость хотел завоевать расположение не только хозяина дома, но и хозяйки, поэтому принялся нахваливать обед. Когда принесли гуляш, юноша сказал, что во Флоренции, откуда он родом, это готовят иначе, но за годы, прожитые в Венгрии, он успел полюбить и венгерское блюдо:
- То, что вы называете "гуляш", мы называем "спеццатино". Во Флоренции это готовят из цыплёнка, но из говядины - тоже очень вкусно. Я успел заметить, что у каждой хозяйки рецепт свой.
Сходу назвав основные ингредиенты, Джулиано сказал, что в гуляше, который ему подали сейчас, "есть что-то ещё, особая специя". Гость принялся угадывать, и Илоне вдруг почему-то сделалось очень весело, когда она мотала головой и говорила "нет", "снова нет".
На пятый или шестой раз он угадал, но тут же заметив, что Ладислав Дракула, а также Ласло, всё это время молча следивший за ходом беседы, заскучали, сменил тему. Теперь гость обратился к Ласло, которому был представлен перед началом обеда.
Узнав в ходе недолгих расспросов, что "молодой господин", когда воспитывался при дворе епископа Надьварадского, постоянно имел дело с книгами и полюбил их, итальянец заговорил о типографии Андрея Хесса:
- Она находится почти рядом с моим домом и выходит окнами на площадь Девы Марии, рядом с рыбным рынком. Неужели молодой господин там не был? Удивительно! Этот немец, Хесс, вот уже два года как наладил своё дело. Многие ходят туда посмотреть на производство печатных книг и говорят, что это просто чудо. Я понимаю, почему. Ведь на всё королевство типография единственная!
Илона снова подумала о том, что пришло ей в голову ещё в первые минуты знакомства с Джулиано - что по возрасту он больше подходит в приятели для девятнадцатилетнего Ласло, а не для Ладислава Дракулы.
Меж тем выяснилось, что Ласло охотно пошёл бы посмотреть. Он видел печатные книги в королевской библиотеке, поэтому теперь хотел узнать, как же они делаются.
Джулиано любезно вызвался проводить, ведь "всё равно по дороге", а заодно предложил показать юноше всю Буду:
- Я могу показать молодому господину всё, что ни есть интересного во всей округе!
Молодые люди сразу поняли друг друга, да и Илона сразу поняла, что книги, по мнению итальянца, - далеко не самое интересное, что есть в Буде. А самое интересное - женщины.
