Из телефона послышалось:
— Алло…
Ира требовательно кивнула.
— Нужно отвечать.
— Знаю, — прошептала я.
— Ну так думай быстрее!
Я дёрнулась, закрыла глаза: такое давление меня не устраивало. Ещё слово, и я бы точно сорвалась. Благо, Ира не стала напирать дальше.
— Хорошо, — наконец произнесла я не шёпотом, но и не в голос. — Скажи… Скажи, что ребёнок Германа. Скажи, что я соврала ему.
Ира демонстративно выдохнула. Но тут же подмигнула, выказывая своё одобрение.
— Она… — открыв микрофон произнесла подруга, — дело в том, что она обманула Германа, так не хотела говорить ему так рано. Хотела подождать, пока всё не закончится. Вообще-то… на самом деле, скажу тебе по секрету, ребёнок от Германа.
— Ты уверена?
— Ну… — Ира пожала плечами, глядя на меня. — Если, конечно, ней надуло через форточку. Других вариантов у неё нет.
— Через форточку? — совершенно серьёзно переспросили на том конце.
— Боже… — чуть ли не простонала Ира. — Ты что, действительно такой наивный?
— Эм… Нет, прости… Просто не сразу понял…
— Вот и прекрасно.
— Значит… Получается, что ребёнок точно от Германа?
Мы с Ирой переглянулись. Ира явно была недовольна тугодумием собеседника. Я лишь пожала плечами.
— Получается, что так.
— С ума сойти… Герман будет в шоке.
— Это хорошо или плохо?
Все замолчали. Почему? Потому что последнюю фразу произнесла не Ира. Её произнесла я… Не вытерпела…
Когда Герман, Диана и Михаил вернулись обратно в Москву и прибыли на нашу съёмную квартиру, Диана тут же начала требовать от мужчин, чтобы они устроили поход в кафе. Конечно же, Герман и Михаил были категорически против.
— Да мне всё равно, что там думает эта ненормальная! — возмутилась Диана тогда. — Если хочет что-то обсудить, пускай приезжает! Я обсужу с ней любой вопрос, какой только пожелает!
— Вряд ли после всего, что мы сделали, Вика собирается что-то обсуждать, — вмешалась я.
Думала, что Диана начнёт обвинять меня — мол это моя сестра и мои проблемы, но нет. На удивление, девушка заняла совершенно противоположную позицию.
Помахав указательным, она заявила:
— Совсем не понимаю, как у тебя, такой доброй и отзывчивой, может быть такая отвратительная, мерзкая сестра! Ужас! Это же просто ужас какой-то!
Я лишь смущённо пожала плечами.
— Родственников не выбирают, — ответила Ира.
Хотела бы я сказать, что у меня нормальная сестра, не хуже и не лучше остальных, но язык не повернулся сказать такое.
— Это точно! — подтвердил Михаил, прилипший к Ире, словно банный лист.
И если Михаил послед возвращения постоянно тёрся возле Иры, то вот Герман… старался держаться от меня подальше.
В итоге Диане всё же удалось уговорить нас отправится в кафе. Хоть я и не разделяла такой халатности, разумом склоняясь к тому, что нужно остаться и не высовываться, но вот в остальном… мне ужасно хотелось выбраться из этих душных стен — весь мой организм требовал передышку, чтобы проветриться.
— Значит, они просто взяли и отпустили вас? — спрашивала Ира уже в кафе.
— Скажу больше, — отвечал Михаил, — они сказали, что сами займутся Степаном.
— Так просто? — удивилась я.
— Не просто, но… — Михаил посмотрел на Германа, — Герман убедил их в том, что мы практически непричастны к делам отца.
Молчавший всё это время Герман внезапно решил взять слово.
— Я сказал, что, как только мы узнали о том, что отец использовал холдинг в своих целях, то сразу же закрыли его.
— Да, — подтвердил Михаил. — Якобы мы не желаем иметь никаких дел с криминальным миром. Мы же люди гражданские, простые. — В этот самый момент Герман недовольно уставился на друга. Михаил почувствовал немой упрёк, он сразу понял, на что намекает его друг. — Ну хватит! — то ли взмолился, то ли возмутился он. — Я ведь уже говорил, что у меня не было другого выбора. С твоим отцом я сотрудничал только под страхом расправы. Мне за жизнь мою было страшно! А ты хотя бы спасибо мог бы сказать, когда узнал.
— Спасибо? За что? — удивился Герман.
— За то, что столько лет я тебя не втягивал во все эти криминальные дела. И вообще! Ты тоже много чего скрывал!
Ира обхватила руку Михаила и потянула на себя так, словно пыталась успокоить своего мужчину. Со стороны они выглядели как пара, женатая, минимум, лет десять. И когда я только успела проворонить этот внезапный союз?
Ира попыталась разрядить обстановку:
— Все мы наделали ошибок. Это не значит, что сейчас время ссориться.
— Про ошибки это верно подмечено, — ответил Герман, согласно кивая головой. Он повернулся ко мне и уставился так, словно жал чего-то. Конечно, я понимала, чего он ждал. Но говорить об этом при всех уж точно не собиралась.
— Что? — непонимающе спросила я, в ответ на пристальный взгляд Германа.
— Не хочешь ничего сказать?
Он явно пошёл в атаку. Но сдаваться я не собиралась.
— Не хочу, — прозвучал спокойный ответ. — По крайне мере, не здесь и не сейчас.
— Ты соврала, — мужчина сдаваться явно не собирался.
— Ты тоже врал, — не сдавалась и я.
