Чувствуя явное превосходство, полноценное превосходство, в разговоре с бывшим боссом, я продолжала напирать.
— После недавних событий я предпочитаю задавать как можно больше вопросов мужчинам, что хотят куда-то меня пригласить.
Краем зрения я заметила, как Ира просто охренела от моего ответа. Не от ответа, а, скорее, от наглости.
— Я… — Герман Дмитриевич смутился. Ира охренела снова. Она уже забыла про бумаги, подняла голову и откровенно всем своим видом давала понять, что не понимает, что вообще происходит.
— Может согласишься, — внезапно ошарашила Ира, глядя на меня, словно матушка. Не моя. Моя бы такого точно не позволила… Кажется, у меня появилась вторая матушка…
Герман смутился ещё сильнее. Он сглотнул.
— Хорошо, — медленно переводя взгляд с Иры на Германа, протянула я. — Хорошо, давайте сходим. Пообедаем.
Герман неловко кивнул.
— Спасибо, — сказал он, после чего поспешил ретироваться.
Мы с Ирой внимательно наблюдали за боссом, который подошёл к лифту, нажал сенсорную кнопку и стал дожидаться. Наконец лифт прибыл, двери раскрылись, Герман было собрался шагнуть внутрь, как мы, переглянувшись с подругой, сложив руки на груди, поймали одну волну и практически единогласно окликнули босса:
— Герман Дмитриевич.
— Герман Дмитриевич!
Герман замер, развернулся. Двери начали закрываться, придавив начальника, который тут же поспешил выйти из неловкого положения. Поправив пиджак, он задрал подбородок.
— Дамы.
Ира пододвинулась ко мне, приложила ладонь ко рту и прошептала мне на ухо:
— Да что с ним сегодня происходит?
Я улыбнулась, глядя на подругу. Снова вернулась к Герману.
— Вы не сказали.
— Что не сказал? — не понял мужчина.
— Когда и где?
— Ах… точно… — дошло до бывшего начальника. — Ну… можем пройти сейчас, — он махнул рукой, как бы приглашая меня пройти с ним.
— Но сейчас ещё не время для обеда.
— Позавтракаем, — как ни в чём ни бывало заявил он.
Я плавно обернулась к Ире, опёрлась о стойку и наклонилась ближе. Подруга пододвинулась тоже.
— Ладно, подруга, — улыбчиво прошептала я, — не буду мучать вашего начальника, пойду уважу господина Германа.
Ира задорно улыбнулась.
— Давай, подруга. Глядишь, вернёшь нам нормального Германа.
Пожав плечами, я попрощалась с Ирой и обернулась к Герману, состроив серьёзное лицо. Подошла к мужчине и кивнула в сторону лифта.
— Идём? — спросила я.
Герман указал рукой на лифт. Я ещё раз взглянула на Иру, на секунду закатив глаза. Ира улыбнулась, подмигнула. Не глядя на Германа, я развернулась и шагнула к лифту. Вызвала тот и заняла выжидательную позу, схватившись за ручку сумочки обеими руками. Герман медленно подошёл сзади. Я снова почувствовала знакомый запах, который каждый раз сводил меня с ума. Не только в переносном, но и в прямом смысле. Резко дёрнув головой, я взглянула на мужчину, хотела было сказать, чтобы он отошёл подальше, но не смогла. Просто не смогла. Снова оказалась загипнотизирована. Не смогла даже двинуться. Этот взгляд… в такой близи он казался слишком очаровательным, слишком пленяющим. Я оказалась связана по рукам и ногам. Вспомнила, как в последний раз зарядила ему пощёчину. Но нет! Только не сейчас! Не позорься! Я резко отвернулась, почувствовав, как взмывшие в воздухе волосы задели лицо мужчины. Сначала почувствовала, а затем краем глаза заметила, как Герман прошёлся ладонью по лицу. Я усмехнулась, приспустив взгляд вниз.
Двери открылись. Мы вошли внутрь. Я заняла дальний левый угол, желая контролировать ситуацию, стоя за спиной мужчины. Удивительным для меня стало то, что, нажав на кнопку на панели лифта, мужчина не стал разворачиваться ко мне спиной. Вот ведь хитрец.
Я дёрнула головой, глядя Герману прямо в глаза.
— Так и будете смотреть на меня.
Он таращился на меня, словно на музейный экспонат. Ответа не последовало. Вместо полноценного нормального ответа, он лишь искривил губы, чуть наклонив голову в бок, затем вернулся к «осмотру». Не в силах сдерживать эту настойчивую атаку, я попыталась уйти от его чар, как бы невзначай осматривая кабину лифта. Не помогло… В какой-то момент взгляд снова упёрся в его чёрные зрачки. С каждой секундой мне казалось, что он становится всё увереннее и увереннее. Мы внезапно поменялись местами. Теперь он руководил парадом, в то время как я смущённо пыталась сохранить достоинство или хотя бы не опозориться ещё сильнее.
— Да что же это такое? — запустив руку в волосы, поправляя те за ухо, я уставилась в пол. — Почему вы так смотрите? Прекратите! Мне некомфортно.
— Просто удивлён.
Я снова посмотрела на него. Снова с надеждой? На что я вообще надеюсь? Почему в моей голове такие глупые мысли? Потому что я родилась девочкой?
— Удивлены? — непонимающе переспросила я.
— Удивлён, — подтвердил он.
— Чему?
— Тому, что так долго не замечал такую красоту. А ведь она всегда была прямо у меня перед носом.
Я была не в силах продолжать смотреть на мужчину. Всё внутри сдавило по новой. На этот раз с удвоенной силой.
***
Передвигаясь на пассажирском сидении премиального кабриолета, я обернулась к водителю, чтобы спросить:
— Ну и к чему всё это, Герман Дмитриевич?
