Мы все еще раз переглянулись и посмеялись. Ох, слишком уж позитивно началось это утро. Не к добру это, ой, не к добру. Брачная метка начала потихоньку возвращаться и напоминать о том, что сладкой жизни пока у меня не будет. Или я уже успела забыть, каково это с ней существовать, или она стала причинять еще большую боль. Как все-таки интересно меняется назначение вещей. Чуть больше года назад она спасла меня от подчинения и пребывания в рабстве у мистера Брайтона, а сейчас она мешает мне насладиться отношениями, которые действительно были желанны и дороги.
Естественно, ни о каком чистосердечном признании в замужестве речь пока не шла. Оракул оторвался от Дайнары, которая продолжила как-то загадочно улыбаться. Это было настолько на нее не похоже, что появилось желание подойти и проверить ее здоровье.
Кстати, про здоровье. Хени сегодня был как огурчик. Все-таки удивительная у детей способность к быстрому восстановлению организма. Здесь помогли и исцеляющие нити, и его бешеная мотивация. Поэтому мальчик в нетерпении стоял рядом с нами, пока Оракул произносил древнее заклинание и зажигал ярким огнем руны на площадке. При этом чуть ли не потирая руки, предвкушая скорое приключение.
Перед нами вспыхнуло видение местности и заискрился портал.
– Я же говорил, что камни далеко разбежаться по миру не могли. Никто, обладая такой необузданной мощью, не смог бы долго оставаться в здравом рассудке, – произнес Оракул. Глаза его напоминали плавящееся золото и выглядел он завораживающе. Кажется, я начинаю понимать, что в нем нашла Дайнара.
– Где это? – спросил Хени.
– Где-то между Северными горами и Лабиринтом Проклятых.
– Я хорошо знаю те места, но этого что-то не припомню, – снова вернул себе хмурое выражение лица мой друид.
– Ой, теряешь сноровку, Старейшина города Рэхо. Похоже, нужно больше уделять времени рабочим обязанностям, а не постельным делам, – все-таки брызнула ядом дриада. Хвала небу, а то я уже переживала.
– Артефакты переноса я вам обновил, про время, которое сокращается быстрее, чем мы хотели бы, тоже прошу не забывать. Так что прошу первого в портал, – прервал наш обмен любезностями Оракул.
Нейд как всегда первый шагнул в портал, затем пошла я, Хени и Дайнара. Как только я вышла на широкую поляну среди высокого соснового леса, я сразу ощутила то самое неприятное чувство чужого взгляда прямо на меня. Осмотрела все вокруг медленно и внимательно. Даже магическим зрение глянула. Вроде ничего подозрительного. Но чувство дискомфорта меня не отпускало.
– Нам вон туда, через поляну, – показал направление Нейд, сверяясь с компасом.
Мы пошли по указателям компаса. Все было спокойно. Мне не нравилось, что мы все время идем по открытой местности, и если кто-то за нами наблюдает, кроме моей паранойи, то мы как на ладони с любой точки обзора. Поляна оказалась достаточно большая, поэтому к месту назначения пришли примерно через полчаса.
Остановились возле странного гудящего то ли высокого кургана, то ли очередных руин храма. Гул нарастал все больше и больше.
– Это похоже на старый храм друидов, в котором вот-вот произойдет выброс магии, – сказал Нейд. – Компас указывает прямо в него. Грань внутри.
– Если взрыв может произойти в любую минуту, во-первых, нужно забрать камень как можно скорее, а во-вторых, хорошо бы сначала определить, что там за магия. Не хотелось бы умереть глупой смертью, – в коем-то веке я была с Дайнарой согласна. Ни к чему лишние жертвы, тем более что все представители стихий есть среди взрослых. И Хени не придется лезть туда вместо нас. Кстати…
– А где Хени? – спросила я у остальных. Странно, он же только что шел рядом с нами.
– Мальчик привел друзей поиграть, – за нашей спиной раздался голос, от которого у меня по всему телу пробежала волна панического ужаса. Этот голос точно будет сниться мне до конца жизни в страшных снах.
Мы повернулись к нему. В десяти шагах от нас стоял Хени. На руках у него были застегнуты браслеты, блокирующие магию, а в руках была странная вещь, которая зловеще блестела на солнце. Рядом с ним в черном плаще и капюшоне, который полностью скрывал его лицо, стоял мужчина. У меня не осталось ни одного сомнения, кто под ним скрывается.
– Как жаль, что родители не объяснили малышу, что подбирать незнакомые артефакты нельзя. Ведь они могут оказаться страшно опасными, – говорил, а создавалось впечатление, что играет с мышами, которые угодили в мышеловку. Какой знакомый тон.
– Отпустите мальчика, – спокойно сказал Нейд, но я знала, что спокойствие только видимое.
– Не могу, – театрально развел руками мужчина. – Видите ли, он взял в руки артефакт очень опасный. Своим прикосновением он запустил механизм, при котором, как только малыш отпустит артефакт, произойдет… – он без звука изобразил взрыв, – опомнится не успеете. Но вам повезло, что я знаю, как процесс этот остановить.
– Что тебе нужно? – резко спросила Дайнара, в ее голосе сквозила тревога за Хени.
– Ой, кажется, это и есть мамочка. А я все гадал, чей ты, малыш. Хотя нет, не гадал, ведь с одной из вас я неплохо знаком, да, Розалия?
