Толпа угрожающе надвигалась на Ольгу, и та в полной растерянности отступала к спальне, проклиная свою неосмотрительность, проклиная неизвестную ей самой ошибку, которая ставит под угрозу дружеские отношения между Землей и Локатейпаном.
— Выбросить ее с планеты!
— Самозванка!
— Колатейпанская шпионка!
— Верните нам земного посла!
— Остановитесь! — крикнул молодой оппозиционер. — Вы можете совершить непоправимое!
— Она не знает, сколько колонн у Большого театра! — возразил голос из толпы. — Ей даже чертово семя нипочем.
«Ну вот, еще чертова семени не хватало», — подумала Ольга. Она неосторожно прислонилась к косяку двери и сморщилась от боли.
— Что с вами? — крикнул, перекрывая шум сановников, молодой оппозиционер.
— Ничего особенного, — силилась улыбнуться Ольга. — Что-то попало под перину и искололо мне бока.
«Что я делаю! — подумала она, произнося эти слова. — Теперь они окончательно обидятся. Готовили мне резиденцию, готовили, а я вместо этого…»
— Покажите, — сказал резко Жуль Ёв.
— Что показать?
— Синяки.
— Как так? — удивилась Ольга.
— Покажите им! — кричал молодой оппозиционер. — Не стесняйтесь. Они подложили вам под перину горошину, чтобы испытать, настоящий ли вы посол. Вы, наверно, слышали о таком методе?
Ольга поняла, что локатейпанцы не шутят, и, закатав рукав куртки, показала огромные синяки на руке.
— Ура! — закричали локатейпанцы. — Простите нас!
— Покажите хоть горошину, — попросила Ольга, стараясь сдержать смех.
Жуль Ёв собственноручно извлек из-под перин горошину, очень похожую на морского ежа, только чуть побольше размером.
