– Ты превращаешь нашего ребёнка в педика, – пробормотал я очень тихо, чтобы услышали только Сэнди и я. Затем я глубоко-глубоко вздохнул, потому что, когда бы я ни пришёл домой, всегда возникают проблемы, поскольку, как говорит Хелен, я приношу с собой напряжение, мне всегда необходимы нечеловеческие доказательства того, что я все ещё нужен, любим и так далее. Могу лишь сказать, что ненавижу быть вдали от дома, но возвращаться сюда ещё хуже. Мы с Хелен и так разговариваем каждый вечер, поэтому шансы начать болтовню в духе "ну, что новенького произошло, пока меня не было" не очень-то велики.
– Бьюсь об заклад, что ты уже просто велосипедный ас, – сказал я затем. – Может, покатаемся на выходных.
Джейсон оторвал глаза от пюре:
– Мне очень понравилась книга, папа. Она отличная.
Я удивился его словам, ведь я только начинал подходить к этому предмету. Но, как постоянно говорит Хелен, Джейсон не дурак.
– Я рад, – ответил я. И я правда был очень рад.
Джейсон кивнул:
– Возможно, это лучшая книга, что я читал в жизни.
Я откусил кусочек шпината.
– Какая часть тебе больше всего понравилась?
– Глава первая. “Невеста”, – отозвался Джейсон.
Это меня невероятно удивило. Не то, чтобы первая глава плохая или что-нибудь в этом роде, но в ней не слишком-то много происходит по сравнению со всеми теми невероятными вещами, которые случаются потом. Лютик вырастает, да и всё, пожалуй.
– А как насчёт того момента, когда они взбирались на Скалы Безумия? – спросил я. Это в пятой главе.
– Очень интересно, – сказал Джейсон.
- А описание Зоопарка Смерти принца Хампердинка? – Это во второй главе.
– Ещё лучше, – сказал Джейсон.
– Что меня поразило в этой части, – проговорил я, – так это то, что о Зоопарке Смерти там всего лишь коротенький абзац, но как-то сразу понимаешь, что потом о нём ещё пойдет речь. У тебя не возникло такого ощущения?
– Мммм, – кивнул Джейсон, – отлично.
К этому моменту я уже знал, что он не читал «Принцессу-невесту».
– Он пытался читать её, – встряла Хелен. – Он правда прочёл первую главу. Вторую он не смог осилить, поэтому, когда он приложил достаточное и разумное количество усилий, я сказала ему прекратить. У разных людей разные вкусы. Я сказала ему, что ты поймешь, Уилли.
Конечно же, я понимал. Но я чувствовал себя таким осиротелым.
– Мне не понравилось, папа. Я хотел бы, чтобы было иначе.
Я улыбнулся ему. Как ему могло не понравиться? Страсти. Дуэли. Чудеса. Гиганты. Настоящая любовь.
– Ты не будешь шпинат? – спросила Хелен.
Я встал.
– Всё дело в перемене часовых поясов; я не голоден. – Она ничего не сказала, пока не услышала, как я открыл переднюю дверь.
– Куда ты идешь? – окликнула она меня тогда. Если бы я знал, я бы ответил.
Я бесцельно бродил по декабрю. Без пальто. Но я и не осознавал, что замерз. Я понимал лишь, что мне сорок лет, и я не хотел быть здесь в сорок лет, запертым вместе с гениальной женой-психиатром и шарообразным сыном. Было, наверное, девять часов, и я сидел посреди Центрального парка, один, никого рядом, все остальные скамейки свободны.
Тут я услышал шорох к кустах. Он замолк. Затем снова возобновился. Ооочень осторожный. Ближе.
Я резко обернулся, выкрикнув: «
Потом мне стало холодно. Я пошёл домой. Хелен делала какие-то заметки, лёжа в постели. Обычно она заявила бы что-нибудь насчет того, я что уже слишком стар для подобного ребяческого поведения. Но сейчас цепляться ко мне могло быть опасно. Я прочитал это по её умным глазам.
– Он правда пытался, – наконец сказала она.
– Я не сомневаюсь, – ответил я. – Где книга?
– В библиотеке, наверное.
Я повернулся, чтобы выйти.
– Тебе чем-нибудь помочь?
Я сказал нет. Затем пошёл в библиотеку, закрылся там и нашёл «Принцессу-невесту». Проверяя переплет, я увидел, что она была в довольно неплохом состоянии, и заметил, что она была напечатана в моем издательстве "Харкорт Брейс Йованович". Довольно давно, когда они ещё не были "Харкорт, Брейс энд ворлд". Просто Харкорт, Брейс и всё. Я открыл титульную страницу, и меня охватило необычное ощущение, ведь я никогда раньше этого не делал; книга всегда оставалась в руках моего отца. Я не удержался от смеха, увидев настоящее название, потому что оно гласило:
Невозможно не восхищаться человеком, который называет свою новую книгу классикой ещё до того, как она была опубликована и её кто-нибудь прочитал. Возможно, он посчитал, что если не сделает этого, то никто и не прочитает, а может, он просто решил протянуть критикам руку помощи; я не знаю. Я просмотрел первую главу, и она была почти точь-в-точь такой, как я её помнил. Затем я перешёл ко второй главе, той, в которой рассказывалось о принце Хампердинке и коротко, но маняще описывался Зоопарк Смерти.
И тогда я начал понимать суть проблемы.
