Большие смежные комнаты покоев хозяина особняка. Стены, покрытые светло-синим обоем, отражали солнечный свет, лившийся в открытые окна. Позолоченная резная мебель, обтянутая серо-лунным штофом. Душистые букеты цветов в изысканных вазах, расставленных на всех полкомодниках, торшерах и столиках. Настенные светильники из хрусталя и полудрагоценных камней. На круглом высоком столе стояла толстая белая свеча в медном подсвечнике, рядом лежала книга в кожаном переплете. На подоконнике красовалась магическая чаша с лепестками роз и пионов, предназначенная для успокаивающего расслабляющего аромата.
Джеймс оглядывал свои апартаменты точно видел их впервые. Весь прожитый год он ничего не замечал вокруг себя. Жил лишь желанием поймать принцессу и избавиться от неё навсегда.
Маг остановился посередине комнаты.
"Хватит, - приказал он себе. - Надо прекращать. Я сам на себя навожу забвение. Ничего не вижу и не слышу. С ума должно быть схожу. Ну, девчонка, ну хитра".
В дверь тихо постучались.
- Войди. Это ты Мик?
- Это я, отец.
В комнату прошел Николас.
"Ничего себе как вырос, сколько же ему лет?"
- Я решил что нам пора поговорить, - твердо сказал молодой человек. - Что с тобой происходит? Где ты был последнее время? Винсент Гильван только за прошлую неделю четыре раза приезжал. Мика к себе не пускаешь, меня видеть не хочешь. Так нельзя!
- Знаю, - согласился колдун и присел на мягкую скамью у окна. - Присядь. Ты знаешь, я ничего не могу понять. Сколько времени прошло с того момента, как мы последний раз разговаривали?
- Почти год, отец, - обеспокоено напомнил Николас.
- Что? - граф был сильно поражен. - Выходит "Ниур".
Сын вопросительно покосился, и маг стал объяснять.
- "Ниур" старое заклятие, случается с теми, кто зацикливается на одном и том же. Его никто не насылает. "Пострадавший" сам его к себе притягивает. Находит такое странное чувство, оцепенение понимаешь. Только длительное.
- Ничего себе. И как ты смог попасть под это заклятие?
- Сам не знаю. А как твои дела?
- Я закончил изучать последний этап высшей магии. Теперь я полноправный маг. Мистер Фроксон, которого ты нанимал мне в учителя сказал, что у меня очень большой запас силы и редкий, присущей кому-нибудь из верховных, талант.
Джеймс утвердительно кивнул и еще раз внимательно посмотрел на сына.
- Пора оставить принцессу в покое и заняться собственной жизнью. Покажешь мне, на что ты стал способен?
- Потом, - возразил молодой граф. - Принцессу мы не можем оставить в покое. Слишком много времени потерянно. Её надо убить. Только тогда мы сможем жить, как и раньше.
Олизон не сводил глаз с высокого черноволосого юноши, в безупречном лице которого так и сквозили непоколебимые черты упрямства
- Ты так на меня похож, - проговорил он, уходя обратно в воспоминания.
- Где ты был год. Скажешь?
- Не помню, - угрюмо признался маг. - А что в доме меня не было?
Сын отрицательно покачал головой.
- Мы с Миком только сегодня услышали шаги в твоих комнатах.
- Скорее, - граф отвел взгляд силясь что-то вспомнить. - Скорее я был у хранителей восьмой параллели. Повинность нёс.
- Это еще что? - несдержанно спросил Николас, пристально глядя в черные глаза отца.
- Нечто в последнем сражении с принцессой было неверным. Хранители не могут забирать магов, если это не касается высшей магии самой страны, я об общем запасе, которым пользуется король объединяющего государства. Не беспокойся, такое не повторится. Я сегодня же поставлю сильную защиту. Она делается раз в пятьдесят лет, видимо я не уследил за временем. Таких вот невнимательных хранители и ловят для своих нужд. Подумать не мог, что попаду в их число. Меня как простого человека забрали на благие дела. Надо же.
Граф усмехнулся. Он начинал приходить в себя. Память не возвращалась, но колдун отчетливо знал, что произошло за этот год. Принцесса стала занимать слишком много мыслей, если он даже начал забывать об устройстве жизни в их мире.
- Что заставляют делать на повинностях? - волновался Николас.
- Разное. Чаще незаметно помогать людям в более низших измерениях. Ничего вредного, - презрительно поясни Джеймс.
- Будь осторожнее, - попросил молодой граф, - прошу, береги себя, отец.
- Договорились, - пообещал Олизон, легонько похлопав сына по спине. - Спасибо за заботу.
Граф и раньше мог пропадать на пол года. У него часто были дела, в которые он не посвящал сына. Но когда после разговора в саду Джеймс исчез на одиннадцать месяцев, Николас сильно испугался.
Уйдя в свои покои, он тут же принялся узнавать всё о хранителях и повинностях. Оказалось, что отец говорил правду. Такое случалось, когда маг сам начинал ощущать себя потерянным. Часть могущества утрачивалась и появлялись стражи Девяти миров. Забирали несчастного, не давали выйти из потерянности и в этом состоянии бедный маг обязан был творить добро в указанном месте. Кого-то спасать, кого-то лечить, помогать избежать трудностей, решать проблемы. Графа Олизона, черного колдуна Красстраны сложно было представить на этом месте. Но именно там он и был.
Джеймс Олизон тоже пытался узнать, отчего такое с ним произошло.
