Если ты видишь чужие чувства, тебя назовут проницательным. Если ты ощущаешь чужие чувства, тебя назовут чувствительным. А если чужая боль отзывается в тебе как своя? А если боли слишком много? Если болит сама земля, пропитанная кровью, отчаянием и пеплом пожарищ? Тогда ты со своим со-чувствием всем только мешаешь. Боль можно выключить, вместе с другими чувствами. Боль можно приглушить. А ещё с болью можно договориться. Но прежде всего, во всём надо разобраться.
– Что за зарево там, на юге? – спросила Принцесса.
– Соседи дерутся. Горят деревни, поля и леса. Хорошо горят. Сушь.
– А люди?
– Как повезет. Кого-то убьют. Кто-то спрячется в лесу.
– Но урожай же сгорит! Как выжившие переживут зиму?
– Многие не переживут.
– Папа! – Принцесса ворвалась в малый кабинет, как всегда, без предупреждения. Король играл с министрами в переводного дурака. Камин пылал, вино в бокалах мерцало, у Короля скопилась целая горка выигранных разноцветных леденцов. Его величество обожал игры и сладости. – Папа, нам нужно поговорить!
Король кивнул на кресло и невозмутимо продолжил игру. Если комбинация сложится, четыре валета окажутся перед его соседом справа. Козыря старше у него быть не должно…
Принцесса зачерпнула пригоршню леденцов и устроилась в кресле. Первый министр, которого его величество думал завалить, вдруг достал неучтённую козырную даму и отбился. Король чертыхнулся.
«А меня учат сдержанности и невозмутимости!» – подумала Принцесса. Ей было интересно, как выкрутится отец. Он всегда выкручивался.
Его величество невозмутимо взял подкинутые первым министром четыре шестёрки, а на следующем круге ловко перевёл трех королей. Теперь вопрос был простой: сумеет ли канцлер завалить первого министра или нет? Канцлер справился, Король с невозмутимым видом выложил перед министром торговли рядок шестёрок и придвинул к себе очередную горку леденцов.
– Папа, что там у соседей происходит? – дипломатично спросила Принцесса, оставшись наконец с Королём наедине.
Его величество задумчиво размешивал сахар в остывшем кофе.
– Сосед с севера напал на соседа с юга, – ответил он.
– Зачем?
– Не зачем, а почему. Потому что может.
– А чего он хочет? – Принцесса ненавидела эту отцовскую манеру отвечать иносказаниями.
– Землю, – Король поставил остывший кофе на стол и плеснул в рюмку коньяку со Змеиного мыса. – Воюют всегда из-за земли. Как бы это ни называлось.
– Но там же всё жгут! Поля, сады… Зачем ему выжженная земля, да ещё и без людей?
– Амалия, – рассмеялся Король, – ну подумай немножко стратегически. Пепел – прекрасное удобрение, через пару лет там будет хороший урожай. Сады тоже восстановятся. А люди… новые придут. Или старые вернутся, из выживших. А Северное королевство станет больше размером.
– Это… жестоко, – проговорила Принцесса.
– А что делать, – пожал плечами Король. – Государственное управление – это тебе не птичек с бабочками разводить. Государство должно развиваться.
– Птички, между прочим, едят бабочек. Но мы же… – Принцесса тщетно пыталась утопить в какао зефирки. – Ты же вон ни на кого не нападаешь.
– Ну у нас своей земли полно, ещё не освоенной. Предки постарались, – поморщился Король. – А потом, ты никогда не думала, почему Северное королевство напало на Южное, а не на нас?
– Они вроде обиделись на южан, – неуверенно проговорила Принцесса.
– Ха! – хмыкнул Король. – Попробовали бы они обидеться на нас!
– Ну мы же вроде никого не обижаем! Папа! Прекрати смеяться! Я серьёзно! – возмутилась Принцесса.
– Ну дочка, ну совсем ты там у своей Ведьмы в школе заучилась! – продолжал хохотать Король. – Думаешь, на нас не нападают, потому что мы хорошие? Нет, девочка, – продолжил он, чуть успокоившись. – На нас не нападают, потому что у нас сталь лучше, чем у соседей, инженеров мы сманили отовсюду, откуда только смогли, и теперь наши тараны и пушки знают все ближние и дальние соседи. И вечно пытаются украсть чертежи. Про Дракона тоже не забывай. У него, конечно, нейтралитет, но, сама понимаешь…
– То есть это всё из-за оружия? – Принцесса погрустнела.
– Не только, – успокоил её Король. – Вон наши плуги и бороны тоже раскупают как пирожки. А механизмы всякие? И зачем нам тут война, если мы производством и торговлей себе всё, что хочется, организуем.
– А Северное королевство? – Принцесса отчаялась утопить зефирку, выловила её ложкой и сунула в рот.
– У них другая философия. Инженеров растить долго, производство налаживать дорого, а соседские земли – вот они. Северный король их захватит, и молодец! Победитель! Все его любят и восхищаются.
– Ну папа! Так же нельзя!
– Что ты от меня хочешь, дорогая? – Король устало развёл руками. – Чтобы мы ввязались в эту войну? Чтобы ещё и наши солдаты там полегли?
Зефирка показалась Принцессе безвкусной, как размокшая бумага.
– Нет, наверное, не хочу, – призналась она. – Но нельзя же просто смотреть!
– Нельзя, – Король вздохнул.
***
Верховная Ведьма умела морщиться ничуть не хуже Короля. Особенно заслышав шаги Принцессы. Принцессы – неистощимый источник неприятностей. Вечно пытаются исправить мир по своему разумению. Никакой скромности и почтения к старшим. Страшно подумать, что придёт в эту рыжую голову и что из придуманного она воплотит в жизнь. Особенно если удастся привлечь на свою сторону Принца из Королевства-за-горой. Его высочество явно неравнодушен к неугомонной соседке.
Верховная Ведьма вздохнула и набралась терпения.
