— Когда в прошлый раз я нашла в руинах рядом с домом кулон, я начала ощущать магию. Больше всего воды. Я смогла помогать растениям, чувствовала их состояние. По всему, что сейчас вокруг меня происходит, получается, я дриада воды, верно? — было необычно себе в этом признаться, но еще необычнее озвучить это кому-то, кроме Тара.
— Ощущения никогда не обманывают истинных дриад, — ответила Виона.
— Но если я дриада воды, то что произошло сегодня? Я чувствовала, как звала меня стихия в храме. Что-то определенно изменилось, и я не могу понять что.
— Все ответы уже есть внутри тебя. Прислушайся к ним и ты услышишь, — туманность бесед — конек Вионы, как и у меня — обмороки.
— А тебе никто никогда не говорил, что твои загадочные ответы слегка раздражают? — не выдержала я.
— Со мной никто не разговаривал дольше пары предложений, — пожала плечами Виона.
— Может дело в том, что разговаривать с тобой совершенно невозможно! — в сердцах выпалила я.
— Да, но разве тебе это мешает? — усмехнулась она и глянула на меня через плечо.
Ах, ты, заноза самая настоящая. Век друзей с такими темпами тебе не найти. И тут же словила себя на мысли, что мне нравится ее компания. Необычная, но приятная. Она знала про меня больше, чем другие, и больше, чем позволяла себе рассказать. Это сближало и тянуло меня к ней. Потому что я и сама как будто ничего про себя не знала. Или знала? В районе живота снова что-то заскреблось и я отвлеклась от этих мыслей.
Сумрак быстро опускался на Восточный лес, и мы старались идти как можно быстрее. Возле самой деревни меня накрыла волна беспокойства. И совсем скоро я поняла почему.
Виона остановилась рядом с раскидистым кустом дикой малины и подала знак остановиться. Мы находились перед небольшим холмом, поэтому присели, чтобы увидеть, что творилось в деревне.
От увиденного мое сердце забилось в бешенном темпе, и тело забила дрожь. Бархан разговаривал с императорским патрулем. Прикинула по времени нашего отсутствия — они вполне могли уже знать о нас и искать. Что держит Бархана от того, чтобы нас им не сдать? Пожалуй, ничего. Да, мы ему помогли с посевной, но кто он такой, чтобы идти против закона?
Мысли лихорадочно бегали в голове, и я уже прикидывала, где искать Тара для того, чтобы поскорее сбежать, пока не начался обыск. Когда моя мыслительная деятельность достигла своего пика, Виона повернулась ко мне серьезная и решительная, сжала мою ладонь своей и обдала спокойствием. Не моим, ее. Я это совершенно четко ощутила. Да кто она в самом деле такая?
Она показала мне взглядом на поляну, где стоял Бархан. Патрульные отсалютовали вождю и двинулись в сторону Императорского тракта. Подождав с полчаса, пока они отойдут на достаточное расстояние, мы вышли из укрытия и направились к Бархану.
Он сидел в своем шатре и что-то записывал в толстую книгу племени.
— Кого искал патруль? — не выдержала первая я.
— Патруль периодически приходит проверить, все ли здесь в порядке, — спокойно ответил Бархан, и я было уже расслабилась, но оказалось, что зря. — Но в этот раз они еще спросили, не видели ли мы двух путников. Девушку и юношу, — добавил он и посмотрел на меня исподлобья.
— И как, видели? — я перестала дышать, но старалась сильно не выдавать свое волнение.
Бархан смотрел на меня с каким-то сомнением во взгляде. Как будто взвешивал все за и против. Потом перевел взгляд на Виону. Она подошла к нему, взяла за руку, а вторую ладонь положила на плечо.
— Все в руках стихий, отец, — сказала она, и морщина на его лбу немного разгладилась.
— Думаешь? — тяжело вздохнул он.
— Уверена, — кивнула она ему подбадривающе.
— Я сказал, что из путников у нас только преподобный по заданию императора. Этого им было достаточно. Но хорошо, что завтра праздник Плодородия, и вы уходите в путь.
— Мы не будем медлить ни минуты, — с благодарностью сказал я.
— Вам нужно отдохнуть, — сказал мягко Бархан, глядя на Виону.
— Да, отец, я провожу Лию.
Усталость накатила на меня новой волной. Пока передышка, но скоро снова в путь. Нужно набраться сил. Мы вышли молча из шатра и направились к моему домику. Уже возле самой двери Виона придержала меня за руку, прежде чем уйти.
— Ты можешь думать все, что угодно об этом месте и этих людях. У них свои интересы и мотивы. Каждому действию есть объяснение, и оно намного проще, чем может показаться. Но это племя никогда не будет тебе врагом. Запомни это, Лия.
Я посмотрела на нее, переваривая услышанное своим уставшим мозгом. Слишком много произошло за сегодняшний день. Словно в подтверждении моих мыслей у меня снова потянуло что-то в районе солнечного сплетения. Я спросила единственное, за что сейчас зацепился мой мозг.
— Почему ты назвала меня Лия?
— Потому что это имя намного ближе к твоему истинному имени, чем ты привыкла думать.
— Так называют меня только самые близкие, — устало ответила, пропустив мимо ушей ее очередную загадочную фразу.
— Только самые близкие и могут распознать твою истинную суть, — сказала Виона.
— А твою суть? Кто может распознать?
— Родственная душа.
— Где же ее найти?
