Я медленно киваю, пытаясь изобразить на лице улыбку. Такое ощущение, что я продала Родину, но на самом деле это меня продали мои же родители. Конечно, я могла бы не соглашаться ни на что из того, что со мной делает Али (что до сих пор не укладывается у меня в голове), но тогда пострадает моя семья, которую я люблю, несмотря ни на что. Смотрю на кольцо на своем пальце и понимаю, что никакие богатства в мире не смогут заполнить пустоту в моем сердце и унять боль предательства.
– Если от меня больше ничего не требуется, то я пойду – я оглядела всех присутствующих в кабинете людей.
– Нет-нет. Все остальное я улажу сам. – С арабским акцентом проговорил адвокат Али, который занимается всеми вопросами, связанными с моим гражданством и пребыванием на территории ОАЭ. Я поднялась на ноги и бросила безжизненный взгляд в сторону Али, который о чем-то задумался, а затем перевела свое внимание на адвоката. – Всего доброго.
Он отвесил мне поклон, поднимаясь на ноги.
– Всегда к вашим услугам, госпожа Миронова.
И этот туда же! Я постаралась никак не реагировать на его обращение и поспешила покинуть кабинет.
Прошло больше недели с момента нашего общения с прессой, но страсти вокруг наших персон так и не утихают. Обо мне пишут в газетах, снимают передачи, ходят различные слухи на всех уровнях, но я никак ни на что их этого не реагирую. Я просто плыву по течению. Я сдалась на волю обстоятельствам и случаю и признала, что моя судьба в руках принца этой страны, который, кроме безразличия не вызывает у меня никаких эмоций.
Через десять дней назначена дата нашей свадьбы, и я собиралась провести эти оставшиеся дни своей свободы наедине с собой, но, похоже, у жениха (как же странно ни то что произносить, даже думать о нем в таком ключе) были другие планы на этот счет. Этим же вечером я сидела в беседке и читала очередную книгу из библиотеки этого дома. Был один из тех редких дней, когда жара сменяется проливным дождем, приносящим чистоту и свежесть природы. Самира убежала в дом, чтобы помочь приготовиться к завтрашнему званому ужину, который Али устраивает для своего отца. Еще одно испытание для меня.
– А я думаю, куда вы делись? – Я воткнула в книгу закладку и с вызовом посмотрела на господина Али.
– Не волнуйтесь, дальше границы вашей страны не убегу. – Он грустно усмехнулся, опускаясь на лавочку рядом со мной. – Зачем вы меня искали?
Впервые я позволила себе рассматривать его, находясь так близко друг к другу. В сумерках его внешность производила впечатляющий эффект. Большие карие, я бы сказала черные глаза, обрамленные длинными черными ресницами, сейчас изучали мое лицо, а челка, уложенная так, будто он мгновение назад повстречался с сильным ветром, создавала впечатление, что передо мной сидит беззаботный молодой человек, который вот-вот выкинет что-нибудь по-детски безобидное, но… этот же самый человек угрожает моей семье, а меня держит в плену.
– Признаться, я думал, что вы потеряли свою способность к дерзости, – начал говорить он, не сводя с меня глаз.
– Вы можете отнять у меня семью, страну, жизнь, но только не это. – Я была готова защищаться.
– Я и не собирался этого делать. Я говорил, чтобы вы оставались собой. – На мгновение повисла тишина. – Кажется, вам понравилось это место – он оглядел беседку изнутри.
– Мне нравится, что она сделана немного в стороне от дома. Здесь почти никто не проходит, и я могу спокойно наслаждаться погодой. Вот только… она слишком темная, располагает к мрачным мыслям. – Он удивленно посмотрел на меня, пропуская свои волосы сквозь пальцы.
– Никогда не думал об этом в таком ключе.
Я слабо улыбнулась, подставляя лицо потоку мягкого, освежающего ветра, так необходимого моей коже.
– Вы хотели о чем-то со мной поговорить? – Спросила я, с вызовом посмотрев на него.
– Думаю, мы смело можем обращаться друг к другу на «ты» – я удивленно посмотрела на него – в конце концов, мы поженимся через десять дней.
– Как хотите – я безразлично пожала плечами.
– А как хотите вы? – С нажимом спросил он.
– А разве мое мнение имеет значение?
– Имеет. И очень большое. Больше, чем вы думаете – наши взгляды снова пересеклись, и мне показалось, что он говорит серьезно.
– На «ты» так на «ты». Только… можно как-то сделать, чтобы ко мне не обращались «госпожа»? Я не их госпожа, а они не мои подданные. – Он усмехнулся, продолжая разглядывать меня.
– Боюсь, что вас, то есть тебя – поправился он – разочаровать, но это невозможно. Традиции. – Ответил он на мой невысказанный вопрос. – Несмотря на то, что ты не из этой страны, твое положение высоко, так как ты невеста наследного принца. Для граждан нашей страны ты простолюдинка, – я вытаращила глаза от такого замечания. Не думала, что это так обидно звучит, – но ты уважаема просто потому, что принц счел тебя достойной, чтобы сделать своей законной женой.
– Короче говоря, я нравлюсь им, потому что ты меня «полюбил»? – Я изобразила в воздухе кавычки.
– Угу. «Полюбил». – Он повторил мой жест.
– И мне никак не избавиться от этих формальностей?
– Никак. – Он покачал головой, пытаясь подавить улыбку.
