Список лиц всё пополнялся, работа двигалась медленно. Далее следовали заметки о пожаре, некролог на Якоба Майера, скупые хроники дознания и краткие выводы из полицейского отчёта, уже знакомые детективу Барберу.
1972 год не представлял особого интереса для Якоба Майера. Однако, газета «Деловой Антверпен» содержала краткую заметку за 07 июля 1972 года о том, что на расширенном заседании совета директоров так и не было подписано решение о слиянии «Пивной империи Майера» с компанией «Фуд продактс Интернешнл». Далее следовало интервью профессора Брюссельского свободного университета Ганса Баумана о тенденциях глобализации, которую бегло просмотрел взволнованный Хью Барбер. В статье говорилось о том, что расширение влияния иностранного капитала на развитие внутреннего рынка не всегда является благотворным. Как правило, это приводит к удешевлению рабочей силы, сокращению местного производства. В частности, приводился пример присоединения нескольких кондитерских фабрик к концерну «Сладкие облака», что в итоге привело к демонтажу линий производств, упрощению национальных рецептур, унификации продукции. С прилавков исчезли всеми любимые национальные лакомства: анисовые печенья и кубердоны. Хью Барбер почувствовал, что нащупал золотую жилу и продолжил чтение подборок. Но, к сожалению, больше ничего интересного за 1972–1974 год он не нашёл.
Периодически попадались статьи, которые вырезала в свой альбом Зельден.
Итак, кто следующий в списке детектива для посещения? Кристин Белли или Густав Граббе?
Найти адрес Кристи Белли труда не составило, она всё ещё оставалась хозяйкой художественной галереи в центре Антверпена. К ней и направился Хью Барбер. У него не было легенды, и он действовал наудачу. Удачей будет, если Кристин Белли захочет его принять вообще.
Кристин была в галерее, но большого интереса к разговору с Барбером не проявила. Галерея закрывалась на ремонт, и Кристин вела переговоры с подрядчиками.
— Не желаете ли нанять реставратора, который восстанавливал виллу «Синий вереск» после первого пожара? — спросил её Хью Барбер.
Очевидно, что этот вопрос был задан в точку. Кристин Белли посмотрела на детектива с интересом, скрестив на груди руки, слегка откинувшись назад, словно оценивая сказанное.
— Я обещаю вам интересную беседу, — сказал Хью Барбер.
— А по вашему внешнему виду и не скажешь, — нелюбезно хмыкнула красавица, но пригласила Барбера в свой кабинет.
И как же она не была похожа на свою коллегу из Мюнхена! Дамы одного возраста, но если мадам Гольдберг можно было отнести к рабочей беспородной лошадке, то Кристин, несомненно, была чистокровной арабской кобылкой. Тонкие стройные ноги, сильное мускулистое тело, знавшее тренажёрный зал с силовыми упражнениями и беговую дорожку, высокая шея с гордой посадкой головы и роскошной гривой… Эту породу мог объездить опытный наездник, а вот обладать ею мог только богач. Якоб Майер, например.
— Желаете выпить? — дама предложила Барберу бренди со льдом. Барбер не стал ломаться и с удовольствием принял бокал.
— Что нужно молодому человеку от усталой служительницы муз? — игриво начала Кристин Белли.
— Мне нужна правда о событиях, предшествующих гибели Якоба Майера. Мнимной гибели в 1972 году, — уточнил Хью Барбер.
— С чего вы взяли, что мне что-то известно? — засмеялась красавица.
— Есть много свидетелей тому, что вы были близкими друзьями. А друзьям многое доверяют.
— С чего вы взяли, что я скажу вам то, что мне может быть известно, — продолжила игру в кошки— мышки Кристин.
— Якобу снова угрожают крупные неприятности. И, возможно, от него снова хотят избавиться. Вы можете этому помешать.
Кристин Белли мочала, побалтывая стаканчиком со льдом. Костяшки ее длинных пальцев побелели.
— Возможно, вы захотите посчитаться с Лилиан Майер… — продолжил Хью Барбер.
— Кто вы, и откуда пришли сюда? — спросила Кристин уже без улыбки
Хью предъявил своё удостоверение.
— Кто вас нанял? — спросила Кристин.
— Меня нанял член семьи Майеров, чьё имя я вынужден держать в секрете, но который хочет помешать планам Лилиан Майер насчёт её сына.
— Разве Якоба не убили повторно? — скривила губы Кристин.
— Это доподлинно не известно, труп не опознан, от живого Якоба нет вестей, — соврал Хью.
— Что же я могу вам сказать из того, чего вы и сами не знаете? Я вижу, что вы осведомлены достаточно, — усмехнулась Кристин.
— Мне надо знать правду о том, какие у Якоба были финансовые планы в 1972 году, и как они расстроились.
— Я знаю ситуацию только в общих чертах, молодой человек, — Кристин села в кресло напротив, закинув ногу на ногу, обнажив чуть выше колена прекрасное бедро в атласном чулке. — Вряд ли мой рассказ будет вам чем-то интересен.
Хью улыбнулся ей и потянулся, чтобы чокнуться бокалами.
— С другой стороны, вряд ли я уже ухудшу ту ситуацию, в которую попал бедный Якоб, — словно размышляла вслух Кристин.
— Учитывая, что он всё-таки вас предал, стоит рассказать, не так ли?
