– Так выходит, это ты?.. – осенило Кэт. – Ты закрыла меня в доме?
– Я, – не стала отпираться Лика. – Заперев дверь, я вынула ключ и покинула дом через кухню.
– Но зачем?
– Во-первых, чтоб отвести от себя подозрения. А во-вторых, чтобы напакостить Серову. Коль ты его любимая девушка, то твои неприятности – его неприятности, и мне душу греет мысль, что их ему обеспечила именно я...
– Это низко, – сухо сказала Кэт. – И недостойно. Но не мне тебя учить...
– Вот это верно, – хищно улыбнулась Ланская.
– Зачем ты мне все это рассказала? – требовательно спросила Катерина. – Не для того же, чтоб облегчить душу?
– И тут ты права. Я предлагаю тебе сделку. Я подтверждаю твое алиби, ты подтверждаешь мое.
– То есть ты пойдешь к Быкову и выложишь ему все, что минуту назад услышала я?
– Не все, но касательно твоей непричастности к убийству... да. От тебя же взамен я требую того же. Пока не знаю, что именно могло бы послужить неопровержимым доказательством моей невиновности, но я придумаю. Сейчас мне от тебя нужно только согласие. Когда ты скажешь «да», я начну думать...
– Нет, – бросила Кэт резко.
– Что ты сказала?
– Я говорю тебе «нет»! Я не буду давать ложные показания, чтобы спасти свою шкуру.
– Идиотка, – зло прошептала Лика.
– Нет, я была бы идиоткой, если бы согласилась пойти на сговор с тобой.
– Учти, если ты вздумаешь передать содержание нашего разговора Быкову, и он после этого прицепится ко мне, я буду все отрицать. – И, демонстративно отвернувшись от Кэт, крикнула Гарику: – Ну, мы будем сегодня снимать или нет?
Саркисян тут же забегал и организовал всех за пару минут.
Съемка началась.
Работа не пошла с первого эпизода. Кэт то забывала слова, то реплики подавала раньше чем нужно, то паузы затягивала. Лика, решив что она делает это намеренно, чтобы ее позлить, стала отвечать тем же. В итоге снять сцену удалось только с восьмого дубля. Гарик был вне себя:
– Что на вас сегодня нашло, девочки? – кипятился он. – Такое ощущение, что за ночь вы растеряли свой актерский талант... Причем обе!
– Я неважно себя чувствую, – попыталась оправдаться Кэт. – Плохо спала...
– Все плохо спали, – не дал себя разжалобить Саркисян. – И ничего, работаем, переснимаем плевую сцену десяток раз, тогда как должны были уже к третьему эпизоду перейти и в скором времени пойти обедать...
– Кстати, я уже хочу есть, – громко сказала Марковна.
– Пока норму не снимем, ни о какой еде не может быть и речи!
Он еще что-то кричал, уже не Кэт, и не Марковне, а оператору. Лика, все это время не произнесшая ни слова, постукивала пальцами по подлокотнику кресла. Машенька, тоже задействованная в сцене, щелкала жвачкой. Ассистентка режиссера Маринка потрескивала «хлопушкой». В общем, до слуха Кэт доносилось множество разных звуков, но привлек ее лишь один. Это был скрип. Противный металлический скрип, раздававшийся где-то наверху. Вообще-то в нем не было ничего странного. Под потолком были развешены софиты. Они крепились к кронштейнам болтами, и если те расшатывались, когда менялось положение осветительных приборов, раздавался скрип. Кэт научилась не обращать на него внимание. Так почему сегодня от «уик-уик-уик» у нее по спине бежали мурашки?
Когда стало совсем невыносимо, Кэт задрала голову и посмотрела на софит, который находился прямо над ней. Именно он скрипел, хотя висел неподвижно.
«Уже звуки мерещиться начали, – сокрушенно подумала Кэт. – Слуховые галлюцинации – явный признак скорого помешательства... Еще один труп и пару кошмаров, и меня можно будет увозить в дурку...».
И как только эта мысль пронеслась в Катиной голове, софит, издав реальный скрип и скрежет, сорвался с кронштейна и с бешеной скоростью полетел вниз...
Прямо на голову Кэт!
Димона Игорь застал в кабинете. Боярский сидел на крутящемся кресле перед компьютером, взгромоздив ноги на стол, и пялился в монитор, на котором мелькали голые ягодицы какой-то аппетитной барышни.
– Салют, майн херц! – бодро приветствовал он Серова. – А я тут порнушкой с утреца балуюсь – отлично бодрит, скажу я тебе!
Игорь пересек кабинет, подошел к компьютеру и щелкнул по кнопке выключения монитора.
– Нет, ну ты че делаешь, а? – недовольно протянул Димон. – Ты не думай, я не с твоей драгоценной Кэт кино смотрю... Я не любитель отечественного порно, знаешь ли... – И потянулся к кнопке, чтобы вновь включить монитор, но Игорь перехватил его руку и вернул на столешницу со словами:
– У меня сюрприз для тебя, Дима.
– Да? Отлично! Обожаю сюрпризы по утрам. Они бодрят даже лучше порнушки... – Он азартно потер ладони. – Ну, что там у нас?
Игорь вынул из кармана четки и без слов положил их перед Димоном.
– Вот это класс! – восхитился тот, хватая их и принимаясь рассматривать. – Точно такие, какие я потерял... Один в один! – Боярский схватил руку Игоря и потряс ее, выражая там самым свою благодарность. – Спасибо, друг, порадовал! Только ума ни приложу, где ты умудрился их купить – я вчера столько магазинов объехал, и нигде не было даже похожих...
– Дим, это твои четки.
