- Ага, сейчас! – огрызнулась она в полголоса, так, чтобы ее все-таки не услышали, и, нащупав выключатель, зажгла свет.
С ужасом оглядела ванную, понимая, что этот момент больше напоминает выдержку из третьесортного романа, обнаружила упоминаемый халатище и, щелкнув замком, стала раздеваться, аккуратно развешивая одежду по вешалкам. Похоже, раз выхода нет, стоит, как советуют психологи, расслабиться и получить удовольствие.
Став под струи горячей воды, Ольга блаженно закрыла глаза, позволяя телу расслабиться. День был слишком утомляющим, слишком напряженным, слишком контрастным, чтобы не поддаться искушению. Только сейчас, когда тело нежилось под каплями, Ольга, наконец, поняла, насколько она устала. Настолько, что тут же захотелось прилечь и уснуть прямо под льющим сверху дождем, и только понимание глупости подобных действий заставило ее, пошатнувшись, ухватиться руками за стену. Черт, так и в самом деле заснуть на месте недолго! Не-ет, надо было срочно выходить из воды и искать лежбище, пока она не стала засыпать на ходу.
Поэтому, выключив воду, Ольга пошла одеваться в свою одежду, потому что ни спать нагишом, находясь в одном доме с невменяемым начальником, ни оставлять в его корзине свое белье она была не намерена. Впрочем, вытерев волосы полотенцем и натянув белье, Ольга все-таки решилась надеть чужой халат, вместо делового костюма, в котором пришла.
Так она и появилась на пороге, держа в одной руке сложенную одежду, а в другой туфли. Олег, дежуривший у двери, смерил ее насмешливым взглядом.
- Все свое ношу с собой… - глубокомысленно произнес он, заставив Ольгу снова покраснеть. – Дальше сама пойдешь или помочь?
- Сама, - упрямо буркнула девушка, протискиваясь между стеной и телом мужчины, и, отойдя на два шага, остановилась в нерешительности то ли от собственной наглости, то ли просто не зная, куда идти.
- Все верно, - тут же услышала рядом с собой тихий голос и почувствовала, как ее легонько подталкивает чужая рука, задавая направление. – Правая дверь ваша, - почему-то снова перейдя на «вы» произнес мужчина.
Поддавшись побуждающему жесту, Ольга сделала несколько шагов, но почувствовав, что за ней никто не идет, остановилась.
- А вы? – обернулась она, чтобы успеть заметить упрямо сжатые губы и напряженный взгляд, обращенный в ее сторону.
- Вы меня приглашаете, Оля? – усмехнувшись, проговорил Олег, и девушка заметила, как при этом сверкнули его глаза, выдавая рвущиеся наружу, но тщательно скрываемые эмоции.
Внезапно стало не хватать воздуха, а кожа стала настолько чувствительной, что даже спиной она почувствовала каждую ворсинку махрового халата. И почему-то ужасно захотелось наперекор всем известным правилам сказать «да». Настолько, что она даже успела открыть рот.
…И тут же его захлопнуть, упрямо скрипнув зубами.
- Спокойной ночи, Оля, - сказал Олег, хотя выражение его лица было скорее «мне жаль, что я опять оказался прав».
Не став ожидать нового витка в их взаимных эмоциях, Ольга бросилась в свою комнату, с треском захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, словно боялась, что ее начальник попытается вломиться. Сердце стучало с частотой не меньше ста сорока ударов, и Ольга не понимала, что заставило его работать так интенсивно – ситуация определенно не внушала опасений за собственную жизнь. Не может же она настолько бояться своего начальника, чтобы бегать испуганным зайцем каждый раз, когда он скажет хотя бы слово?
За дверью послышались удаляющиеся шаги, и Ольга, облегченно вздохнув, включила свет.
Ну что ж, кровать ей тоже предоставили исключительно для обеспечения комфорта. Впрочем, разве мог человек уровня Олега Павловича иметь другие гостевые комнаты? Так что, попытавшись пальцами причесать влажные волосы и обругав себя за непредусмотрительность, Ольга улеглась спать. Впервые в чужом доме. После странного разговора. После не менее странного письма. И хоть разговор с шефом они отложили на завтра, Ольга не смогла просто так заснуть, не перебрав в памяти всех сотрудников, решая, кто из них больше всего подходит на роль шестерки. В конце концов, она остановилась на двух кандидатах: секретаре Марине, имевшей доступ ко всем документам и почте, и юристу, который имел точно такой же доступ.
Этого девушке показалось более чем достаточно, и она расслабилась, предпочтя остаток ночи потратить на то, чтобы все-таки выспаться.
- На новом месте приснись жених невесте… - обнимая подушку, пробормотала Ольга, прежде чем погрузиться в сон. Не то, чтобы она верила в эти бредни, но за время беззаботного детства и отрочества любимая бабуля позаботилась о том, чтобы внучка, сама того не желая, произносила всем известный заговор, если ночь заставала ее в чужом доме. И вовсе не важно, что ни разу ей так никто и не приснился, за исключением терминатора с обрезом, каждый раз она упорно повторяла эти слова, словно боялась, что бабуля непременно узнает, если она ослушается.
