- Ну, видимо, да. Так, значит, ты говоришь, их в центре нет. А главный?
- Человек! - с некоторым удивлением ответил Нейт.
Пелагея немного задумалась.
- Видимо, в том числе и поэтому нам так легко удалось продавить расконсервирование лаборатории. Давайте, пока не будем делать окончательных выводов и расслабляться. Честно говоря, я тоже весь день ждала неожиданной встречи. Но так ни разу меня эта штуковина и не ужалила!
- Я сегодня весь день здесь был, в штабе. Здесь тоже тишина, как на фабрике телевизоров, - отвлекся от своей работы Орест. Он говорил несколько вальяжно. - Но чтобы убедиться, что детектор работает, я ашных два раза включал запись. Сразу жалит, собака такая!
- Кстати, на одной из таких никому не нужных фабрик сейчас собираются наши детекторы. Хорошо, что телевизоры и прочая подобная техника теперь мало, кому нужна, и брошенных фабрик много. Глеб пробовал подобраться, наверное, к нескольким десяткам таких. Не так-то это просто! И все-таки! Пока не будем делать окончательных выводов о том, работает детектор или нет, и расслабляться, - повторила Пелагея. - Мы только вчера их получили. Это первые образцы.
- Палаш, а вы знали, что они люди? Охранники?
- Мы об этом не думали, но сомневались в них так же, как и в тебе. Скажи-ка, как дела с нашей новой технологией? Я смотрю, наши нейропсихологи с программистами сидят практически безвылазно в штабе.
- Говорят, типа, работают для вас, - добавил Орест. - Не подойди к ним, сразу орут, мол, не отвлекай. О, блин, говорю, ща как отрублю сетку вам.
- Я те отрублю, - цыкнула на него Пелагея. - Хорош баять-то, дай спросить у человека.
- С ними больше Тревор общается, - продолжил Браннекен. - Я больше занимаюсь биологической частью. Но без правильной логической и программной начинки ничего не выйдет. На самом деле нужно заниматься этим более плотно. А так... И нас мало, и психологов. Программистов хоть пока хватает. Насколько я знаю, ребята многое пишут на свое усмотрение. А потом работы будет еще больше.
- Ничего! Чем меньше народу, тем меньше потери информации! Это факт! - отметил Орест. - Лаша, заметь, замечание по делу!
- Не поспоришь! - ответила Пелагея.
- Надеюсь, что-то получится, - пробубнил Браннекен, стараясь в интонациях скрыть собственное ощущение утопичности идеи.
Сознание огромной работы и малых возможностей порождало неверие, а первые успехи питали веру. И как настоящий ученый, даже ощущая маловероятность удачи, он работал с упорством умалишенного.
- У вас уже был хотя бы один опытный образец? - поинтересовалась Пелагея.
- Если пациент поступает в центр вовремя, то он, как правило, выживает. Если не выживает, то, значит, его привезли слишком поздно. И он уже мало подходит для нашего эксперимента. Но даже и в этом случае, не факт, что мы сможем его получить себе. Есть же правила.
- Хм... - с досадой выдохнула Пелагея и многозначительно добавила, отметив для себя новую задачу. - Хорошо. Это надо будет как-то решить!
- А что тут решать? Все части технологии мы отладим по отдельности. А потом уже будем искать подходящее тело, прямо на улицах. Операция по вводу нашего модуля будет проста, и ей не нужно много времени.
- Вот все хотела спросить, как это работает? В общих чертах я, наверное, смогу это понять.
Браннекен не считал себя высококлассным лектором и не рассчитывал ввиду секретности в ближайшее время кому-то докладывать о своих разработках. Тем более в неученых кругах, где требования к доступности текста возрастают иногда даже парадоксально.
- Сам модуль может находиться где угодно. Лучше всего под кожей в той части тела, для восстановления которой капсула предназначена. В нашем случае на затылке, где позвоночник входит в череп. Сначала активизируется грибок, задача которого разрастись и обнаружить нужные нервные окончания.
- Грибок же, мне казалось, уничтожает то, на чем селится?
- Зачастую, да. Но, во-первых, это происходит не быстро. Во-вторых, это настоящие грибы. Нашего гриба в природе нет. Он ведет себя иначе.
Достигая нервов, он под действием его электрического импульса меняется, а сам импульс проводит в модуль. Далее, изменившись, он перестает разрастаться во все стороны и уплотняет ту поросль, которую уже сформировал. Через некоторое время грибок погибает, его тело преобразуется и становится просто каналом наподобие...
Пелагея изменилась в лице как шестиклассник, попавший на защиту докторской диссертации по математике. Браннекен заметил это и остановился.
- Я уже поросла твоими грибками, - улыбнувшись, призналась она. - Но ты говори, говори.
- Хорошо. Я сосредоточусь тогда на практической части, - предложил Нейт,
- Да, да. А я отмечу важные для себя вещи, - согласилась Пелагея.
