Еще минут через пять после его ухода, былая рабочая атмосфера восстановилась.
- Как не уговаривай меня, но нам все равно придется ехать в Африку! - после продолжительной сосредоточенной паузы в очередной раз провозгласил свой диагноз Ярик.
- Эту фразу, Ярик, ты с каждым разом произносишь все с большей уверенностью, - ответил Авдей.
- Поэтому я и говорю, даже не уговаривай меня! Посуди сам: иероглифический материал в Африке гораздо более богат; архитектура, если те постройки можно так назвать, уж больно просты и геометричны и на нашем полигоне, и у американцев.
- И скудны, - добавил Авдей.
- Ты прав. А из карт африканского полигона видно, что там и площадь значительно превосходит нашу, и формы построек варьируются сильно. А что это может означать?
- Что там была более разнообразная деятельность.
- Вот. Можешь, когда хочешь!
- Просто ты повторяешься. К этим выводам мы уже давно пришли, - скинул груз ответственности за свои слова Авдей.
- Наш полигон - это мелкая база. А там - центр.
- Возможно, где-то есть еще более значимый центр.
- Этого нельзя исключать! - подтвердил Ярик. - Но пока мы его не нашли, значит главным городом этой цивилизации я считаю африканский. И ехать в следующий раз нужно туда.
- Это ты скажи Натану Санычу.
- А я уже говорил!
- Знаю, - выдохнул Авдей.
- И скажу еще раз!
- А вдруг от этого деньги в бюджете появятся? - с иронией заметил Авдей. - Тебе же Натан четко дал понять, что приоритеты сильно и безнадежно увязаны с финансами.
- Безнадежного ничего нет, так как надежда всегда умирает последней. А раз мы еще живы, то и надежда еще есть.
- Надежда действительно умирает долго.
- Это факт! - Ярик задумался. - И такое ощущение, что она это делает с удовольствием. Но нам от этого не легче. Пока ничего другого не остается.
- Она мучает нас тем, что она еще есть, - развил мысль Авдей. - Как ты думаешь, это гуманно со стороны надежды?
- Не знаю. А было бы гуманней, если она сдохла раньше нас?
- Ты знаешь, иногда кажется, что лучше бы уж, чтобы все! Точка! Надежда - она, конечно, хорошая штука. Однако, надеяться только на нее, как это ни странно, безнадежно!
- А вот и не безнадежно! Тут все зависит от потенциальной значимости открытий. Приоритеты могут и измениться. А значимость открытия нужно чувствовать, иначе ты о ней узнаешь, когда уже все будет открыто без тебя.
- Тебя сегодня уже понесло в какую-то другую науку. Если так пойдет дальше, боюсь, мы тебя потеряем. Давай-ка, коллега, на сегодня будем закругляться, - предложил Авдей.
- Согласен, коллега, - ответил Ярик и оторвался от стула.
***
Совсем не спеша, но долетело время до зачетной сессии.
- Натан Саныч сегодня необыкновенно суров, - доложила Тамилка, выйдя из аудитории, где принимался зачет.
- Что, прям совсем крут? - спросил перепуганный Киоск.
- Может, бывало и покруче, но не с нами. Я его таким еще не видела. Да ты не боись! Прорвешься!
- Ага. Авдей уже вон второй час прорывается.
- Авдей на автомат рвется. А тебе бы зачет, да потом на экзамене троечку. И зимой лето будет! А вот что будет делать Ярик? - добавила Тамила, увидев подошедшего Ярика.
- Что будет делать Ярик по поводу чего? Привет сдающимся! - ворвался Ярик.
- Что будет делать Ярик по поводу зачета, из-за которого мы здесь сегодня собрались. А, собственно, вы по этой же ли причине к нам?
- По этой, по этой! Ярик всегда готов! Что за удивительно неуместный вопрос?! Не только готов, но еще и пришел, - ответил Ярик.
- Ага. Он уже начал зубы заговаривать! То же самое будет и с Натаном Санычем!
- Да уж, - Ярик почесал затылок. - Бывали времена, когда я был и получше готов. Но прошлая сессия показала, что было бы красноречие, а знания найдутся! Кто еще остался?
- Ты и Киоск, - ответила Лизка.
- В числе последних иду сдаваться! Как я низко пал! - изображая горе сожаления, сказал Ярик.
- Что значит, низко пал!? - возмутился Киоск. - Это ты такого обо мне мнения, значит?
- А то есть ты и сам считаешь, что в числе последних - это плохо? - перевел стрелки Ярик.
- Матвей, не пытайся его переговорить, - вступилась Тамилка. - Он к этому всю ночь готовился, ты все равно не справишься.
- Ну, что, дружище, - обратился Ярик к Матвею. - Ты или я?
- Давай уж сначала ты, - ответил Киоск. - Может, ты его умотаешь, а мне он простит. А может, наоборот, настроение ему поднимешь.
- Ну, тогда к черту!
*
С этими словами Ярик постучал в дверь аудитории.
- Тук, тук, тук. - Он открыл дверь и заглянул. - Добрый день. Натан Саныч, разрешите пополнить ряды сдающих?
- День добрый, день добрый, Ярослав Дмитриевич, если не ошибаюсь. Входите. Будьте любезны. Только вот сдающие уже прошли. Остались только сдающиеся.
- Тут Вы верно подметили, сдавать других и сдаваться самому это в том числе и не одинаковые шансы на выживание!
- Еще более неодинаковые шансы у сдающих и принимающих! Ну, Вы проходите, Ярослав. Не толпитесь у дверей. Вы сегодня по какому-то предметному будете вопросу или по летнему обыкновению зашли пофилософствовать?
- Вы мне все тот экзамен припоминаете. Тогда все было сложнее. В этом семестре я ходил на Ваши лекции.
