— А что тут смешного? — поинтересовалась Эмили.
— Да это так. Не бери в голову, — ответил Витале.
«Все понятно. Эти два придурка уже спелись, — подумала Эмили. — Но не будем нервничать раньше времени».
— Честно говоря, я тоже находилась по этим коридорам до чертиков, — как бы ответила она.
Тем временем Деви почти дошла до противоположного края длинного зала. В этот момент Эмили заметила:
— Там же еще одна дверь. Мы ее сразу не увидели. Идем туда!
Она подхватилась. Как бы не желая подчиняться инициативе Эмили, но ведомые здоровым интересом, не спеша, поднялись мужчины.
— Я здесь уже, по моим ощущениям, несколько часов точно, — по пути заметила Эмили. — Кстати, ни у кого нет часов? Я очнулась совершенно голая, ни часов, ни креста, ни сережек, ни пирсинга. — Остальные подтвердили, что с ними все было аналогично. — Не знаю как Вас, но меня не сильно успокаивает то, что за эти несколько часов еще ничего не произошло.
— Лучше уж так, чем, если бы все было еще хуже, — отозвался Витале.
— Я не говорю, что это плохо. Просто меня это не успокаивает, — настаивала Эмили.
Они подошли ко второй двери. Деви уже была там, но не решалась открыть. Эмили была, видимо, самой бесстрашной. Она выдохнула и посмотрела на остальных, собираясь с духом.
— Я не знаю чего ожидать. А вы? — спросила она.
— Не томи уже, — нервно ответил Тадеу.
Он не понял ее вопроса, но его раздражало то, что Эмили полезла первой, а теперь медлила.
Они вошли. Перед ними было еще одно большое помещение. Такие же столы и стулья как в предыдущем.
— Но с той стороны уже нет двери! — воскликнул Витале. — Это все-таки не фрактал.
— Причем здесь фрактал? — огрызнулась Эмили.
— Я имел в виду, что двери закончились. — Обрадованный этим, Витале транспонировал свою мысль Тадеу.
— И что же в этом хорошего? — возразил тот. — Я обошел уже весь этаж. Одни коридоры. Только эти два зала отличаются от всего остального. И, по крайней мере, они открыты. А выхода с этажа так и нет.
Витале объяснил Эмили точку зрения Тадеу.
— Он в чем-то прав! — задумчиво произнесла Эмили, пытаясь отфильтровать из услышанного то, что могло бы быть просто ошибками перевода.
Все медленно пошли дальше осматривать помещение.
— Странно, ничего не упало, не взорвалось, не выбежало, не напугало, — с досадой произнесла Эмили.
— Ты точно не нормальная, если тебе плохо, когда все хорошо, — сказал Витале. — И ты уже, кажется, второй раз наступаешь на эту мысль.
— Да. Мысли действительно ходят по кругу, — согласилась Эмили, — не находя никакого ответа и даже зацепки. Уж лучше бы что-то взорвалось, и я бы проснулась. Возможно и вы тоже. Хотя вас на самом деле, наверное, нет.
— Я бы не сказал, что меня нет. И меня тоже мучает ощущение, что это сон.
— Хм. Такого я во сне еще не видела, чтобы тот, кто мне снится, утверждал, что это я ему снюсь.
— Вы достали, говорить по-английски. Как будто здесь больше никого нет, — вскипел Тадеу. — Я ничего не понимаю.
Витале объяснил Эмили, чем так не доволен Тадеу.
— Нормально. А когда вы смеялись на своем бонджорно-престо-амиго? [(итал.) здравствуйте-быстро- (исп.) друг] — возмутилась Эмили, выпалив на смеси итальянско-испанского, пожалуй, все, что знала. — Я так и не знаю, о чем вы там смеялись. Витале, переведи ему, пожалуйста. Судя по всему, тебе придется постоянно это делать. Других способов понимать друг друга у нас пока нет.
Тадеу и Витале на долю секунду встревожились знакомой речью из уст Эмили, но осознав этот бессмысленный каламбур остыли. Деви понимала, о чем говорят Эмили и Витале, но не принимала участия в разговоре.
— Вот эта конструкция у противоположной стены. Она мне что-то напоминает, — заметил Тадеу. Витале перевел его слова.
— Мне она напоминает шведский стол, — сказала Эмили. — Только пустой!
— Точно! И столы здесь не зря, — включился в фантазирование Витале. — Но тогда здесь должно быть и что поесть.
Витале уже, кажется, начал привыкать дублировать все сказанное и услышанное на двух языках.
— Хотелось бы! А кто-нибудь здесь видел место, куда сходить? — поинтересовался Тадеу. — Я не видел. Ходить, видимо, не предусмотрено. Значит, и еда тоже не полагается!
— Больше оптимизма. Там видите перегородки? За ними, судя по всему, еще помещение, — обратила внимание Эмили.
За перегородками действительно оказалось помещение.
— Невероятно! Это кухня? — наконец, проявила реакцию Деви. — Или я ошибаюсь?
— Может, и нет. Действительно похоже на кухню, — подтвердил Витале.
В центре помещения был большой сегментированный стол. Судя по нанесенным пиктограммам, одни сегменты были для разделки, другие представляли собой плиты, третьи…
— Сколько я здесь нахожусь, меня поражает отсутствие чего-либо лишнего, — констатировала Эмили.
— Как, впрочем, и нужного. Здесь есть, на чем готовить, судя по всему, но нечем. Нет ножей, кастрюль, — добавил Тадеу.
— И нет продуктов, что не мало важно, — вставил Витале, еле успевая монотонно справляться с синхронным переводом.
— Может, мы просто еще не все нашли? — предположила Эмили. — Эти стены. Они выглядят как шкафы.
— Боковые стенки стола тоже, — добавил Витале.
