Катя никогда столько не плакала как сейчас, сжавшись клубочком на холодном полу. Страх сковывал так сильно, что лишь черные туфли на небольшом каблучке удерживали ее, не давая упасть лицом вниз на потеху «местной публике». Ожидая своей участи, каждая секунда казалась вечностью.
Представление началось. Их главный босс Павел оставался в стороне. Один из присутствующих мужчин схватил ее за лицо так сильно, что боль казалась невыносимой, и вставил в рот большую металлическую распорку, которая фиксировала ее рот в максимально открытом состоянии. А другой широко раздвинул ей ноги и закрепил между ними палку, которая не позволяла ногам сомкнуться.
Боли не было, ведь с самого раннего детства она занималась гимнастикой. После этого ей связали руки веревкой и подвесили на огромные крюки. Павел смотрел на это с дикими горящими глазами, ожидая своего «выхода на сцену».
Его возбуждение достигло пика, и он уже не мог сдерживать себя и, расстегнув ширинку, достал набухший член и начал водить им по лицу перепуганной пленницы.
Затем благодаря металлической распорке, его член не касаясь ее губ, без всяких проблем медленно, но верно вошел прямо в глотку так глубоко, что Кате показалось, что ее сейчас проткнут насквозь.
Она еле ловила воздух ртом и сдерживала рвотные позывы. Тем временем двое мужчин смотрели на это даже не шелохнувшись. Павел держал ее за волосы и с неподдельной любовью смотрел на ее личико, исказившееся ужасом и непониманием происходящего. Казалось, он наслаждался этими моментами, изредка вытаскивая член изо рта чтобы не кончить.
Павел блаженствовал, ощущения были неописуемыми, но для девушки это был самый мучительный момент в ее недолгой жизни. Еще никогда с ней не обращались так, словно она не живой человек, а бездушная тварь.
Те недолгие моменты, когда насильник вытаскивал член, Катя судорожно дышала и пыталась откашляться. Каждый раз ей казалось, что мучения уже закончились. Но спектакль не обещал быть скорым. Катя окончательно впала в уныние, когда стоящий рядом охранник, по приказу босса, достал искусственный пенис и прикрепил его к полу. тот выглядел как настоящий, только длиннее и толще.
Вдвоем они подхватили Катю за ноги и ловкими движениями посадили ее прямо на фаллоимитатор. Ни у одного из них в глазах не промелькнуло даже тени жалости. Кате повезло, что Павел уже успел немного растянуть ей девственное влагалище. Если бы не это, то искусственный член мог бы с легкостью разорвать ее внутренности. По крайней мере, так выглядело со стороны.
– Смотри! – приказал Павел и повернул ее голову резко в бок.
Катя увидела огромное зеркало, в котором отражалось ее беспомощное тело и напуганное лицо. Она сидела в нелепой позе, скривившись от боли, а вдоль искусственного члена, текли струйки крови.
Ее влагалище так плотно обхватило незваного гостя, что Кате казалось, что если мужчины захотят его вытащить из нее, то будет еще больнее, чем просто сидеть на нем.
Стоящее рядом зеркало отражая эту жуткую картину, лишь увеличивало ее боль в душе, ей стало мерзко смотреть на себя. К несчастью ей нужно выполнять все прихоти похитителя. От этого зависела ее жизнь, хотя она уже сомневалась, что он сдержит обещание. Двое все так же стояли рядом и ничего не делали, лишь ждали нового приказа.
Их босса больше не возбуждал рот девушки, ведь это зрелище было отвратительным: все ее лицо было испачкано в собственных выделениях. Он хотел чего-то другого. С силой подняв ее за руки, он положил Катю голым телом на грязный пол и принялся изучать ее порванную промежность.
Большие пальцы доставляли яркие болевые ощущения, но Катя старалась не кричать. Она все еще на что-то надеялась, несмотря на сложившуюся ситуацию, понимая, что это единственное, что помогает ей не сойти с ума от происходящего.
Когда Павел, наигравшись с ее миниатюрными половыми губами, просит охранников зафиксировать Катю, она непонимающе смотрит на него, пытаясь вызвать в нем хоть какие-то человеческие эмоции. Но напрасно. В следующий момент мужчина достает из кармана булавку и начинает прокалывать нежную кожу промежности.
Дикий вопль оглашает все пространство. Катя кричит и вырывается, снова пытаясь ногами лягнуть Павла, но охранники крепко держат ее, не позволяя лишний раз пошевелиться.
– Теперь можно отпускать, – приказывает он и тянет Катю за волосы к своему паху. – Давай, крошка, сделай любимому хозяину приятно. Вытащи язык и начинай лизать. Представь, что это мороженное.
Во рту Кати все еще находилось жуткое устройство, но она попыталась вытащить язык подальше, хотя это было неудобно и даже больно. Коснувшись члена языком, она скривилась от отвращения и начала легонько постанывать от боли в промежности, тем самым возбуждая мужчину еще больше.
Постепенно она начала втягиваться в процесс и ласкать член насильника более активно, в глубине души снова надеясь, что он все же отпустит ее. Павел одобрительно застонал, но и еле сдержал порыв засунуть ей глубоко в глотку свой член и кончить, напоив ее своим нектаром.
