В связи с этим – еще одно. Среди региональных экологических проблем часто преобладает одна. Например, во многих местах надо всем довлеет ужас засухи. Он заставляет всегда и везде думать об орошении, без всякой оглядки на то, к чему это может привести в будущем. Или миф о Всемирном потопе, прослеживающийся во многих культурах древности и указывающий на то, что с самых древних времен и во многих регионах вода грозила в первую очередь наводнением. В таком случае люди не замечают, чем грозит резкое понижение уровня грунтовых вод при регулировании рек. Сходные последствия влечет за собой усердное дренирование, когда в нем видят главное средство повышения прибылей сельского хозяйства. Еще в 1930-е годы специалист по сохранению ландшафтов Альвин Зайферт жаловался на то, как сильно влияет на немецких гидростроителей традиционная «водобоязнь». Похожий эффект вызывал страх перед заразными болезнями, исходящими из болот; гигиенист Макс Петенкофер даже объявлял подземным болотам «войну не на жизнь, а на смерть». Заболачивание и наводнение также были давно известны в долине Мехико, страх перед ними прослеживается с XVI века. Дренаж проводили здесь с таким упорством, что в XX веке город начал сохнуть и оседать (см. примеч. 14). Экологическая мономания создает новые проблемы.
Объединение мира способствует распространению знаний и технологий. Технологии отрываются от тех мест, где они возникли и на которые были настроены. Это тоже ведет к появлению новых экологических рисков. Тяжелый плуг используется на почвах, отличных от тех, для которых он был создан, что вызывает эрозию. Водозатратные технологии, применяющиеся в полноводной Западной и Центральной Европе, переносятся в более засушливые регионы. Нельзя сказать, что при переносе технологий люди всегда слепы в отношении региональных различий, история техники включает историю не только ее распространения, но и приспособления к местным условиям. Однако эту вторую историю труднее увидеть, она рассказывает скорее о мелких деталях, чем о великих технических идеях, поэтому ее только начинают писать. Особенно чувствительны к специфике местных условий технологии по избавлению от отходов. Как писало в 1925 году правление «Эмшерского товарищества»[20], для переработки угольного шлама нужно «тщательно разбираться во всем своеобразии различных видов шлама» (см. примеч. 15). В истории техники работает то же правило – появление экологических проблем значительно чаще следует стандартным моделям, чем их решение.
<p>Экскурс: теория Либиха – проблема сточных вод как основа истории окружающей среды</p>Так существует ли один главный и простой лейтмотив, проходящий через всю историю отношений человека и природы с момента появления земледелия: неумолимый упадок природы по мере подчинения ее человеку? Является ли он основным процессом, кроющимся за всеми отдельными проявлениями деструктивного развития? Большая часть популярной экологической литературы близка к этому заключению – история отношений человека с природой предстает историей грехопадения и его бесконечных последствий. При этом обычно объединяются эмпирические выводы и ценностные размышления, что затрудняет анализ. Исходным пунктом служит убеждение, что преобразование человеком природы всегда равнозначно ее повреждению и разрушению. Но уже очень давно известно, что экосистемы и без участия человека постоянно меняются и нет той вечной гармонии, которую человек мог бы разрушить.
Правда, не следует злоупотреблять этим аргументом и думать, что вообще не существует никакого баланса, который человек мог бы нарушить себе во вред. Скорее, наоборот, следует серьезно задуматься над тезисом, что через всю историю человечества тянется темный подтекст экологического конца света. Хотя возраст глобальной угрозы для атмосферы и водных ресурсов пока относительно невелик, но уже для почвы – третьей жизненной среды нашей планеты – не лишено оснований предположение, что опасность действительно имеет тысячелетнюю историю. Это еще один довод не ограничивать историческое исследование рамками Нового времени, ведь в таком случае в его объектив неполностью попадает элементарнейшая проблема отношений человека и среды.
