Сергей резко открыл глаза, сел на диване и заспанным взглядом посмотрел в окно. Как ни странно, но чувствовал он себя нормально и полностью выспавшимся, а голова была ясной и легкой. Лишь где-то в районе груди едва чувствовалось странное омертвение, говорящее о продолжающейся работе нанвитов.
– А сердечко-то, похоже, у тебя сдает, дружок, – пробормотал он, пытаясь вспомнить несуразный сон: узкие коридоры корабля, почему-то с кирпичными стенами, разбегающиеся с истошными воплями из-под ног крысы, светящаяся жидкость в шприце… сплошные несуразицы, навязанные воспаленным сознанием.
Кстати, он ведь тогда вообще не воспользовался аварийным комплектом, лишь произвел себе стандартную предпосадочную вакцинацию, а….
Сергей замер, затем нервно закусил губу, вскочил на ноги, пробежался по комнате, вновь сел, обдумывая пришедшую в голову мысль, затем буквально кинулся к стоящему на тумбочке телефону и забарабанил пальцами по клавишам.
– Аэродром, Эйтан у телефона, кто это? – выслушав доклад дежурного, бросил. – Позовите Чаклина. Срочно!
Пришлось ждать минут пятнадцать, прежде чем в трубке щелкнуло, и раздался голос Ладислава.
– Да, товарищ Эйтан, слушаю.
– Лад, у нас там «пятнадцатую» спарку из академии вроде пригнали на ремонт. Что с ней?
– Ну, не в курсе, – помедлив, ответил тот. – Но вроде уже сделали, видел, что вчера обкатывали. А что?
– Подготовь ее. Полный бак. И, да, летишь со мной, а то я сто лет уже за штурвалом не сидел. Все, через пару часов буду.
Он положил трубку, подошел к стоящему в коридоре шкафу и, достав оттуда свою старую летную форму, зачем-то бережно хранимую все эти годы Тейриной, принялся переодеваться.
Крылатая тень со стрекотом скользнула над головами, заставив жителей поселка удивленно поднять головы, провожая взглядом небольшой биплан, который сделал разворот над рекой и со снижением пошел в сторону ведущей в деревню проселочной дороги.
