В то же мгновение она оставила в стороне всю сдержанность, отдалась этому моменту и всему,что за этим последует. Освободилась, чтобы принять всё , что он предложит. Воспользоваться моментом,который подарила ей судьба,вооплатить в жизнь свою мечту, даже если только на одну ночь. Внутрине она колебалась. Это было то, чего она хотела всю свою жизнь. Она потянулась к нему. Смело запустила пальцы ему в волосы и поцеловала его в ответ. Позволила своему собственному голоду пробудится и ответить на его голод, позволяя своей собственной освободившейся страсти, противостоять ему. Чтобы уравновесить силы, как могла.
Насколько это было возможно.
Его ответ был полон страсти, что у неё поджались пальцы ног. Он повернул голову, углубил поцелуй и полностью завладел её ртом. Рука накрывавшая её набухшие груди ослабла, скользнула вниз,посылая огонь везде, где он прикасался,к её талии, её бёдрам, а затем грубо,по-собственничиски, накрыл её лоно.
Потом он поставил её напротив себя, так, что его эрогенный орган оказался напротив её лобка.
Утопая в поцелуе и оказавшись в его руках, она была беспомощна, чтобы сдержать волну ощущений,которую он послал через неё, когда осознанно тёрся своей восставшей плотью о её низ живота.
С трудом дыша, она цеплялась за него,когда он повторял своё движение,поддерживая внутри неё огонь,который превратил в пепел все её разумные мысли, а он всё продолжал свой натиск, разжигая этот огонь … пока она не собразила, что будет кричать.
Ройс хотел быть внутри неё, хотел погрузить свою пульсирующую плоть глубоко в её сочное тело, почувствовать,как её влажные ножны плотно сожмут его и облегчат жгучую боль, когда овладеет ею полностью, это ему было нужно больше, чем что-либо в его жизни.
Голод и нужда бежали по его венам, неумолимо и требовательно; было бы настолько легко поднять её юбки, освободить свою плоть и пронзить её… но в то время, как он хотел её с ослепительной настойчивостью, некоторые одинаково сильные, одинаково яростные инстинкты хотели отсрочить этот момент. Хотели продлить его, чтобы растянуть предвкушение, пока они оба были обезумевшими от страсти.
Он никогда не был безрассудным, никогда не было женщины, которая могла бы доаести его до такого состояния …хотя примитивная сторона его знала, что он владеет женщиной, которая может быть у него в объятиях в эту ночь.
Не контроль, который позволил ему отступить, и не мысли, которыми он руководствовался, когда он поставил её на ноги, заманив в ловушку её чувства ещё раз поцеловал - все более и более горячо, а потом обвёл её вокруг своей постели. Он подтолкнул её вперёд,затем повернул к стене, используя свои бедра, чтобы удержать , расположив свои пальцы на шнуровке её платье.
Мгновением позже,её руки опустились с его головы на плечи , скользнули вниз и добрались к пуговицам его пиджака. С растущим любопытством,видя её настырность и требовательность,он позволил ей расстегнуть пуговицы, когда она просунула руки под пиджак и попыталась стянуть его с плеч, он любезно помог освободиться от него и не обратил внимания, позволил ему упасть,потом он снова потянулся к её завязкам и потянул их. Он не отрывался на минуту, не позволив ей отдохнуть от поцелуя-их голодного, жадного, пожирающего поцелуя. Он вовлёк её обратно в огонь и пламя, привлек к себе снова, когда растегнул её платье, скользнул одной ладонью снизу, но нашёл тонкий шелк сорочки -последний барьер, отделяющий его руку от её кожи.
Возбуждение побуждало его сорвать одежду прочь, он сдержал порыв,но намеренье действовать подхлёстывало его. Не теряя времени, он снял платье с плеч и стянул его вниз , к её бёдрам,давая ему упасть на пол,потянувши за ленточки. Подняв голову, он втянул воздух и сделал шаг назад. Потрясённая своим выставленым на обозрение телом,но ещё больше из-за потери его тепла и жадного рта-Минерва отодвинулась к кровати, сумев устоять на ногах,в то время, как её чувства кружились в вихре.
Они сосредоточились на нём-высокий, широкоплечий, крепкого телосложения, красив как грех-и было в два раза опаснее стоять ,всего лишь в шаге от него .
Одна часть её разум говорила ей, бежать, другая-что она должна прикрыться, по крайней мере, сделать некоторую видимость скромности - она стояла совершенно обнажённая перед ним - но огонь в его тёмных глазах, когда он смотрел на её тело, был достаточно жарким, чтобы опалить, чтобы сжечь все запреты и оставить её безрассудно любопытной.
Безрассудно очарованной.
Она потянулась за пиджаком , и уже готова была открыть дверь, но он преградил ей путь, отводя в сторону её руку , сказал “Подождите”.
Его глаза не переставали обследовать её тело. Его взгляд продолжал исследовать линии тела, талию, длинные, плавные линии её бёдер. Медленно,чувственно,оценивал завитки между её бёдер.
Через мгновение, его взгляд опустился.
И она поняла, что не совсем обнажённая; на ней всё ещё были подвязки, чулки и домашние туфли.
Он сбросил жилет и упал на колени перед ней. Он схватил обнажённые бедра, наклонился и прижался губами к завиткам, которые до этого изучал.