Парочка поднимается с нашей парты и дышать становится намного легче. Пересохшее горло требует воды, и я хватаюсь за бутылку. Уголком глаза улавливаю профиль Мятежного. Как смотреть ему в глаза после своей выходки – ума не приложу.
- Баринова поела тараканов на обед, - колко заявляет Тася, когда Бес проходит мимо неё. - Понравилось послевкусие?
Демьян изображает кривую ухмылку и проводит большим пальцем по нижней губе.
- Охренительно. Но между ног всё равно вкуснее. Ням-ням.
Склонившись к лицу Таси, он проделывает языком пошлые движения.
Чайка багровеет, а из моего наполненного рта фонтаном вырывается вода. Я откашливаюсь, Яр мягко стучит мне по спине.
- Ты в норме? – интересуется он.
- Да.
Нет! Нет! Я ни черта не в норме. То, что происходит вокруг, вышло за пределы нормы. Права была Чайка, это не класс, а адово пристанище. Сборище грешников, и я среди них.
Так, где мой котёл?
- Мне тут подсказали, что неплохо было бы отвезти тебя домой, раз нам по пути, - завязывает разговор Мятежный, когда мы сталкиваемся на выходе из школы.
Я немедленно улыбаюсь, вспоминая слова его смышлёной сестренки.
- Это предложение или одолжение? – кокетничаю.
- Это… - он поднимает руку и притягивает меня к себе. Мимо проходят Баринова с подружками. – Это было бы правильно, ведь я твой парень.
- Тогда мне следует согласиться для поддержания образа.
Мы смотрим друг другу в глаза, взаимно улыбаемся, потому что находим нашу завязавшуюся игру очень увлекательной. Но есть одна проблема. Грань правды и вымысла размывается, и я не до конца понимаю, играем ли мы сейчас, когда наши переплетённые взгляды источают проникновенное тепло. Мои чувства к Мятежному придуманные или нет? А его - ко мне?
Когда мы целовались на моей кровати никого не было рядом. Не перед кем было изображать пару. Мы просто хотели этого. И сделали.
Сегодня я сама поцеловала его. Да, это было сделано, чтобы осадить Баринову. Но прежде всего, мною двигала ревность. Мне неприятно, когда она подкатывает к нему. И досадно, когда Яр заглядывается на чью-то грудь. Значит, чувства есть и между нами уже больше, чем просто игра. Думаю, Мятежный тоже это осознаёт.
Конечно, вот так с ходу сложно признаться в возникших чувствах. Поэтому мы предпочитаем и дальше подыгрывать друг другу.
Яр отвозит меня до дома. Всю дорогу я обнимаю его и наслаждаюсь скоростью. Эти минуты кажутся волшебными. Моё сердце ликует.
Мы останавливаемся на нашей улице, слезаем с мотоцикла и снимаем шлемы.
- Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал на прощанье? – с прищуром спрашивает Мятежный.
- Нет, конечно, - округляю глаза.
- Тогда прекрати на меня так смотреть, - усмехается он.
- Как?
Мой взгляд падает на мужские губы, которые растягиваются в улыбке.
- С желанием, - отвечает Яр и тем самым вводит меня в краску.
Излишняя самоуверенность в парне малость подбешивает.
- Ты не в моём вкусе, забыл?
- Ах да…
- А я – не в твоём, - припоминаю его же слова.
- Точно, - кивает Яр. Засунув ладони в карманы джинсов, он оглядывается и пожимает плечами. – Ну тогда, до завтра.
- Пока.
Поджав губы, я шагаю к воротам.
- Кстати, хотел спросить, - врезается в спину голос Мятежного.
Я оборачиваюсь и вопросительно приподнимаю бровь.
- Как можно ласково к тебе обращаться? Обычно парни называют своих девушек как-то по-особенному, - с долей смущения прочищает горло Ярослав.
Меня удивляет и веселит его вопрос.
- А ты пофантазируй, - смешливо отвечаю я. – Вдруг чего-нибудь придумаешь. И без банальщины.
Сверкнув улыбкой, я скрываюсь за воротами и тихонько хихикаю.
Весь вечер между делом я прокручиваю в голове самые яркие моменты с Ярославом, которые произошли за последние дни. Навязчивые мысли мешают спокойному сну. На часах за полночь, мама уже спит, а я смотрю сериал. С включенным ночником лежу под одеялом и залипаю в экран телефона. Сериал держит в напряжении. Жанр «триллер» обозначен оправданно. В интригующий момент, когда внутренности тревожно сжимаются, а дыхание спирает, раздаётся слабый стук по стеклу.
- Чёрт… - вздрагиваю я.
Сердце от страха пропускает удар.
Ставлю на паузу и высовываю голову из под одеяла.
Стук повторяется.
Отложив телефон, я поднимаюсь с кровати и осторожно одергиваю штору. Увидев лицо Мятежного, которое прилипло к стеклу щекой, я хмурюсь и открываю окно.
- Опять? – переживаю, что он опять подрался с отчимом.
- Нет, - слабо улыбается Яр.
- Тебя выселили?
- Нет.
- Тогда зачем ты пришёл?
- Не спится. Я заметил в твоём окне свет и подумал… - он не находит слов для объяснения. – Чем ты занимаешься?
- Смотрю сериал.
- Какой, – с интересом уточняет он.
- «Очень странные дела».
- И как?
- Увлекательно, - обнимаю себя руками, чтобы прикрыть грудь. От уличной прохлады соски затвердели и теперь проступают через ткань маечки.
- Можно посмотреть с тобой? – открыто напрашивается в гости Мятежный.