Приручить Мятежного полностью

Надув губу, обнимаю подушку и смотрю на то, как парень курит у приоткрытого окна. Свет луны подсвечивает профиль лица и очертания обнаженного тела. Яр красиво выпускает дым изо рта и отпивает пиво из бутылки. Его задумчивый взгляд в ночную темноту тревожит меня. Парень как будто снова стал отстраненным и замкнутым. Что происходит в его голове? Я бы всё отдала, чтобы узнать это.

Меня мучает долгое молчание. Я не выдерживаю и поднимаюсь с кровати, волоча за собой накинутое на плечи одеяло. Приблизившись, я обнимаю Яра со спины и прислушиваюсь к мужскому дыхание. Первые секунды я не чувствую его, потому что Яр перестал дышать. Совершив глубокий вдох, его грудная клетка тяжело опускается.

Чёрт подери! Мне всё это не нравится… Но глупо придираться к таким мелочам.

Я жду, что он заговорит первым. Но этого не происходит. Я держу его в объятиях до тех пор, пока его сигарета не истлевает до конца.

- Отойди от окна, тебя продует, - небрежно бросает Яр через плечо.

- Ты греешь, - отзываюсь я. – И на мне есть плед.

Недовольно выдохнув на мою упрямость, он закрывает окно.

Почувствовав его легкое раздражение, я отстраняюсь и хватаю за горлышко бутылку.

- Не трогай, - строго говорит парень.

- Почему?

- Вредно.

- Тебе можно, а мне нельзя? – негодую я.

Он больше командует или заботится о моём здоровье?

- Именно так, - отрезает Яр и дергает бутылку к себе. – Не учись от меня плохому.

Я послушно разжимаю пальцы и прячу их в подмышку, скрестив руки на груди. Нахмурившись, уставляюсь на то, как парень делает глоток.

- Пить хочу, - пищу.

- Вода на кухне, Ади.

Он поворачивает голову и натыкается на мой насупившийся взгляд.

- Принести?

- Уже не хочу.

Поджав губы, я плетусь обратно в кровать. Вслед доносится тяжелый выдох Яра. Успеваю упасть на кровать, как он сражает меня просьбой:

- Возвращайся домой.

Моё сердце совершает тревожный скачок. Округлив глаза, я приподнимаюсь с подушки и переспрашиваю:

- Что ты сказал?

- Тебе лучше вернуться в свою спальню, Ади.

Я застываю от его слов. В грудь больно колет иглой.

- Зачем? – ранено шепчу.

Яр берёт паузу и, задрав голову к потолку, протяжно втягивает воздух носом.

- Я хочу побыть один, - шумно выдыхает.

Фраза ударяет под дых, лишая возможности дышать. В моих глазах стоит полнейшее непонимание. В горле жжет от обиды. Сильно закусив губу, я поднимаюсь с кровати и молча собираю свои вещи.

- Сначала ты не можешь уснуть без меня, а потом хочешь побыть один… - подорвано рассуждаю вслух. – Какого черта, Яр…

Всплеснув руками, я с претензией уставляюсь на парня. В моих глазах стоят слезы. Он видит моё подавленное состояние и, не найдя вразумительного ответа, измученно растирает лицо.

Не смей реветь, Влада… Не смей!

Подавив горький комок внутри, я надеваю трусы. Чувствую себя использованной и больше не нужной. Мерзкое ощущение. Мои пальцы трясутся, пытаясь застегнуть лифчик. Не получается. Бесит.

Нервы сдают, и я всхлипываю. Отвернувшись, накрываю ладонями скривившееся лицо и вытираю слезы.

За что он выгоняет меня? Что я сделала не так? Была слишком упряма и капризна? Требовала много внимания?

Пришмыгнув, я поворачиваю голову и обращаюсь к Яру через плечо:

- Завтра я уезжаю в родной город. У отца день рождение. Можешь быть спокоен, пару дней я не буду напрягать тебя своим присутствием.

Голос дрожит. Каждое слово сквозит острой обидой.

- Ади…

Его сожалеющий хрип проносит мурашки по коже.

Яр шагает ко мне и, прижавшись грудью к спине, забирает из рук кофту, которую я нервно выворачивала на лицевую сторону.

Близость тел прошибает насквозь. Теплые ладони успокаивают мои трясущиеся плечи, а потом обнимают. Я ощущаю невероятную слабость. Натянутые струны души уязвлённо дрожат.

Что он со мной делает?

Яр прикасается губами к моей шее и виновато шепчет:

- Оставайся. Я не хочу, чтобы ты уходила.

Слова пощечиной обжигают.

Я разворачиваюсь и оскорбленно заглядываю в карие глаза мучителя:

- Минуту назад ты говорил совсем другое. Ты издеваешься надо мной?

Вздохнув, он обнимает моё лицо ладонями и поглаживает большими пальцами щеки. В его усталом взгляде читается смятение, как будто он сам не понимает, чего хочет.

- Давай просто ляжем спать, Ади. Уже очень поздно.

Я кусаю губы, потому что мне хочется кричать. Сильно, громко, прямо ему в лицо. Чтобы он объяснился за своё идиотское поведение. Я ничего не понимаю! Его неосторожные слова обижают и причиняют боль. Неужели он этого не понимает?

Поцелуй в губы подавляет внутреннюю истерику. Мне следовало бы включить гордость и уйти, как он этого хотел. Таким образом немного проучить парня, чтобы впредь он отвечал за свои слова. Но моё любящее сердце сразу прощает его.