Холодный метал в голосе вызывает дрожь по коже.
Сердце пропускает удар, когда Яр взбирается на металлическое ограждение, чтобы сигануть вниз.
- Остановись, что ты делаешь?! – держу его за куртку.
Страх за парня пересиливает другие чувства.
- Хочу, чтоб ты прекрасно жила без меня, - бесцветно произносит Яр и выдергивает край куртки.
- Спустись, пожалуйста, - взвываю я и прижимаюсь к его ноге.
- Нашла из-за кого переживать. Больше не буду доставать тебя.
- Неправда. Я вовсе не это имела в виду.
- Могу я надеяться, что ты похоронишь свои обиды вместе со мной?
Каждое слово - ножом по сердцу.
Парень перекидывает ногу и смотрит вниз.
- ЯР! - кричу, а он как будто не слышит.
- Или даже после смерти я не смогу рассчитывать на твоё прощение? – рассерженно горят его глаза.
- Не смей, - сдавленно умоляю.
По щекам стекают слезы. Нутро рвёт на части.
- Я простила тебя, ясно? - силой выталкиваю из себя. - Но я боюсь снова обжечься. Наступить на те же грабли. Поэтому закрываюсь от тебя. Не подпускаю близко. Это инстинкт самосохранения.
Мятежный застывает и, не мигая, смотрит в мои отчаянные глаза.
- Мне приятно твоё внимание, - судорожно продолжаю. – Я радуюсь цветам, которые ты даришь. Чувствую твоё заботливое отношение. В эти моменты я забываю о том, что было «до» и готова идти навстречу. Но в последний момент жму на тормоза. Вот такая вот трусиха.
Смахнув слезы с глаз, я пришмыгиваю носом и сломлено уставляюсь на Яра:
- Если ты сейчас же не спустишься, моё сердце треснет на части. Не делай мне больно, пожалуйста.
Когда он спрыгивает на землю, я облегченно выдыхаю и накрываю ладонями лицо. Меня трясёт изнутри. Всхлипываю, давясь слезами.
Мятежный крепко прижимает меня к груди.
- Прости, - целует в макушку. – Я опять всё испортил.
В его объятиях я чувствуя себя особенно слабой и рыдаю навзрыд. Лишние эмоции выходят вместе со слезами. Мужские ладони ласково поглаживают меня по волосам.
Успокоившись, я поднимаю красные глаза на Яра и спрашиваю:
- Как, говоришь, называется этот мост?
- Примирения, - невесело усмехается он. – Но как всегда всё пошло не по плану.
- А что у тебя было по плану?
Я по прежнему обнимаю Мятежного. Мне не хочется отлипать от него. Тепло привязывает.
- О, там был целый ритуал, - посмеивается он.
- Любопытно.
Интерес загорается в моих глазах.
- Ну смотри, - говорит Яр и подбирает с дороги камень. – Надо выбрать самый уродливый булыжник. Неровный, грязный, шершавый.
Он поглаживает его тупые грани, я тоже дотрагиваюсь пальчиком.
- Дальше мы переносим на него все обиды. Отпускаем то, что болит. Злость и весь негатив туда же.
Мятежный увереннее сжимает камень, я накрываю его ладонь своей.
- А потом просто выкидываем. Избавляемся от плохого груза. Хочешь вместе?
Я киваю.
Подойдя к ограждению мы замахиваемся и безвозвратно отправляем булыжник в реку.
Плюх!
Со всплеском он идёт ко дну. Тонет наш тяжкий груз. И на душе становится намного легче.
Когда смотрю на Яра , то тихонько улыбаюсь. Он растягивает губы в ответ. Свет в глазах греет. А ещё руки, которые теснее обвивают меня.
- Очень сильно хочу тебя поцеловать, - сглатывает Мятежный, заглядываясь на мои губы.
Дыхание перехватывает не на шутку.
- Чего же ты ждёшь? – еле выдыхаю.
В следующее мгновенье мужские губы сплетаются с моими…
Сегодня по новостям обещали звездопад. Пропустить волшебную красоту не представляется возможным. Поэтому с наступлением ночи я взбираюсь по лестнице на крышу пристроя. Тут обзор будет на все триста шестьдесят.
И никто не упрекнёт меня за своевольную затею.
Мать уехала в город к отцу решать вопросы с документами. Так что я предоставлена сама себе.
Металлический настил под ногами немного скрипит, когда я продвигаюсь в центр. Стряхнув с плеч рюкзак, достаю из него плед и расстилаю в два слоя. Термос с какао и воздушный зефир идеальное дополняют уютную обстановку. Над головой необъятное небо. Звезд не пересчитать. В воздухе штиль и благостная тишина.
Я усаживаюсь на плед и скрещиваю ноги. Расслабленный вздох. Прикрытые веки. Гармония.
Бзыканье телефона прерывает легкую медитации.
Яр: «Чем занята?»
Я: «На что это похоже?»
Отправляю ему фото.
Яр: «Ты реально на крыше, Карлсон?)))»
Я: « Ага. Жду поток метеоров»
На этом наша переписка заканчивается. Не проходит и пяти минут как Яр выходит из дома и взбирается по лестнице.
- Я без приглашения. Можно? – выглядывает улыбчивая голова.
- Если осторожно.
- Разумеется.
Яр поднимается на крышу и усаживается рядом. Внимательно на меня смотрит, а я – на звёзды.
- Давно ты здесь?
- Нет. Минут десять может. Какао хочешь?
- Не-а.
- А я, пожалуй, выпью.
Горячий напиток струйкой заполняет кружку. Ароматный пар пропитывает воздух. Я закидываю в какао маршмеллоу и даю им разбухнуть.
Пару глотков приятно согревают. Во рту вкусно и сладенько. Растянув губы в улыбке, я поворачиваю голову к Мятежному.
- Придумай желание заранее. Может сбудется на падающую звезду.
Он усмехается. Не верит, похоже. Ну и ладно.
Я неторопливо опустошаю кружку.
- Это Большая Медведица, да? – спрашивает Яр, вырисовывая пальцем ковш на небе.
- Да.
- Это всё, что я знаю, - смеётся.